Закон Линча

Валентин с живостью перебил его.
— Довольно, — сказал он, — вы поклялись повиноваться мне, а я поклялся спасти вас, — так держите вашу клятву, как я сдержу свою.
Все спутники, невольно подчиняясь Валентину, молча склонили головы.
— Братья, — сказал охотник, — помолимся, чтобы Господь не оставил нас.
И подавая пример, он опустился на колени. Все сделали то же самое.
Через несколько минут Валентин поднялся.
— Не теряйте надежды, — сказал он.
Затем охотник подошел к краю пропасти и устремил взор на ее противоположный край. Спутники следили за ним, ничего не понимая.
Через несколько мгновений он возвратился к друзьям.
— Отлично, — сказал он и, сняв с пояса лассо, начал его собирать в правой руке.
Увидев это, Курумилла улыбнулся. Индеец сразу понял, что намерен был сделать француз. Не говоря, по обыкновению, ни слова, он также взял свое лассо и тоже стал собирать его.
— Прекрасно, — сказал Валентин, одобрительно кивнув головой. — Мы сделаем это вместе, вождь.
Каждый из них двоих подошел к краю пропасти, выставил правую ногу вперед, чтобы придать себе больше устойчивости и, взмахнув над головой свернутым лассо, одновременно с партнером по сигналу закинул его на противоположную сторону пропасти, крепко держа в руках другой конец веревки.
Затем они потянули лассо обратно, но те не поддавались, так как, очевидно, зацепились за что-нибудь на другой стороне бездны. Они сделали еще несколько попыток, но лассо держались крепко.
Тогда Валентин привязал свободные концы лассо к скале и возвратился к товарищам.
— Мост готов, — сказал он.
— О! — воскликнули мексиканцы. — Теперь мы спасены!
— Что же, — сказал Валентин, — начнем переправу.
Никто ничего не ответил.
— Правда, — произнес охотник, — вы хотите удостовериться, что мост достаточно прочен, не так ли? Извольте!
С этими словами он подошел к бездне, схватился руками за лассо и повис в воздухе. Затем он начал медленно перебирать руками и передвигаться вперед.
Через несколько секунд он был уже на другой стороне, оставил там свое ружье и спокойно возвратился к товарищам.
— Надеюсь, — сказал он им, — теперь вы убедились в прочности лассо и не будете колебаться.
Курумилла, ни слова не говоря, спокойно подошел к краю бездны и точно так же переправился на противоположную сторону.
За ним последовал дон Пабло, а затем и дон Мигель.
Теперь на площадке оставались только двое: Валентин и генерал Ибаньес.
— Теперь ваша очередь, генерал, — сказал Валентин, — я должен переправиться последним.
Генерал грустно покачал головой.
— Я не смогу этого сделать, — сказал он.