Закон Линча

Его товарищи с нетерпением ожидали, не придумает ли он чего-нибудь, но не решались его тревожить.
Наконец он поднял голову и посмотрел вокруг себя просветленным взором.
— Друзья мои, — сказал он весело, ударив прикладом о снег, — мужайтесь. Я думаю, что на этот раз нашел средство благополучно выбраться из этой западни, в которой мы очутились.
Все спутники охотника вздохнули с облегчением.
Они хорошо знали Валентина, знали изобретательный ум этого неустрашимого и преданного человека и вполне доверяли ему.
Валентин сказал им, что они спасены, и этого было для них достаточно.
Они не задумывались о том, как это произойдет. Это было его дело, а не их. Он всегда держал свое слово, и потому они теперь терпеливо ждали, когда пробьет час их освобождения.
— Что ж, — весело заметил генерал, — я знал, что вы нас вызволите отсюда, мой друг.
— Когда мы отправимся в путь? — спросил дон Пабло.
— С наступлением ночи, — отвечал Валентин. — Но где же Курумилла?
— Право, не знаю. Он всего полчаса назад был еще здесь, а затем вдруг поспешно спустился вниз, точно с ума сошел, и с тех пор его не видно.
— Курумилла ничего не делает без веских на то причин, — сказал охотник, — вы увидите, что он скоро вернется.
Действительно, через несколько минут из-за края площадки появилась сначала голова индейского вождя, а затем и весь он предстал пред очами своих друзей.
Его плащ, связанный за все четыре угла, висел у него за спиной.
— Что вы там принесли, вождь? — с улыбкой спросил его Валентин. — Уж не съестного ли чего-нибудь?
— Ого! — воскликнул генерал. — Это было бы превосходно, ибо я голоден как волк.
— Где здесь найти съестного! — мрачно произнес дон Пабло.
— Пусть мои братья смотрят! — просто сказал индеец и бросил свой плащ на снег.
Валентин поспешно развязал его, и все громко вскрикнули от удивления.
В плаще индейского вождя находились заяц, молодой пекари и несколько птиц.
Эта пища, появившаяся так кстати, когда наши путники уже двое суток ничего не ели, вызвала громкие выражения радости и восторга, которые может понять только тот, кто сам сорок восемь часов не имел во рту ничего, кроме снега, и потерял уже надежду утолить свой голод.
Когда первое волнение улеглось, Валентин со слезами на глазах крепко пожал руку индейскому вождю.
— Разве мой брат волшебник? — сказал он.
Индеец весело улыбнулся и, указав на орла, летавшего недалеко от них, произнес:
— Мы с ним поделились.
Поняв все, Валентин громко рассмеялся.
Оказалось, что индейский вождь, от которого ничто не могло ускользнуть, заметил орла, догадался, что у него есть птенцы и, забравшись в гнездо, унес сделанный орлом запас пищи.
— Теперь мы действительно спасены, — радостно воскликнул Валентин, — так как можем подкрепить наши силы, которые нам необходимы, чтобы выполнить задуманный мною план! Следуйте за мной, нам надо вернуться к нашей стоянке, хорошенько там пообедать и сегодня же вечером отправиться в путь.