Поклонники змей

7
Уличенный злодей
Прошло несколько минут тяжелого молчания. Бессознательно, не спуская глаз с негра, господин де-Бираг подошел к столу, где лежало оружие.
Флореаль-Аполлон не тронулся со своего места. Скрестив руки на груди, с высоко поднятой головой, с глазами, метавшими молнии, скривив губы в презрительную усмешку, он стоял неподвижно на пороге комнаты.
Он же первый нарушил молчание.
— Вы обвиняете меня в моем же отсутствии, — сказал он угрожающим голосом. — Я готов отвечать вам! Но сначала скажите, в чем заключается мое преступление?
— И вы еще смеете спрашивать об этом? — с негодованием спросил молодой человек
— Господин де-Бираг, — холодно отвечал негр, обращаясь к молодому человеку и бросая на него суровый взгляд. — Вас дело не касается, Я не признаю право за вами повышать голос, чтобы обвинять или даже спрашивать меня о чем-либо. Предоставьте это, — язвительно прибавил он, — моему молочному брату, с которым я рос, который любит меня и который с радостью разделяет мое мнение. Пусть он, забыв на время о всех узах, скрепляющих нас друг с другом, публично обвинит меня в убийстве, грабеже, воровстве и не знаю еще, в каких преступлениях! Говорите же, Жозеф Колет, я готов отвечать вам!
Жозеф Колет, прилагал много усилий, чтобы преодолеть охватившее его волнение. Дрожащим голосом, тоном легкого упрека он сказал
— Если я несправедливо обвинял вас, то простите меня, Флореаль-Аполлон. Но, посудите сами, когда произошли печальные события этой ночи, все мои друзья и мои слуги собрались вокруг меня. Вас не было здесь, чтобы защищать меня или, по крайней мере, помочь мне настигнуть бандитов, наполнивших этот мирный дом слезами и кровью. Ваше место должно было быть около меня!
— Право, я не пришел. И мое отсутствие было истолковано против меня! Так вот в чем обвиняют меня!
Негр опустил голову на грудь и некоторое время хранил молчание.
— Я прощаю вам, — снова заговорил он надменным голосом, — у вас в жилах течет кровь белых. Оттого вы легко поддаетесь подозрениям. А между тем, пока вы здесь стонали и плакали, подобно слабым женщинам, я не думал ни о чем другом, как заботиться только о вас, и стремился преследовать убийц.
— И это правда? — с видом сомнения спросил Жозеф Колет
— Ложь! — гневно выкрикнул молодой человек. — Убийца — вы!
— Я? — презрительным тоном вскричал негр. — Будьте осторожны в своих выражениях, господин де-Бираг. Вы сейчас получите доказательство правдивости моих слов.
Он исчез, но через минуту появился вновь, неся в руках завернутое в ковер тело негра с маской на лице.
— Вот убийца! — закричал он торжествующим тоном. — Я убил его!
С этими словами он швырнул тело, которое с глухим стуком покатилось по полу
Ошеломленные молодые люди смотрели на пол не зная, что и думать об этом.
Между тем, Флореаль-Аполлон нагнулся и, срывая маску с трупа, воскликнул голосом, полным злорадства:
— Взгляните, узнаете ли вы этого человека?
— Луизон, один из моих самых старых и преданных слуг! — с печальным удивлением проговорил Жозеф Колет — Может ли это быть?
— Да, Луизон! — смеясь повторил негр. — Этот слуга, на которого вы так полагались, и который изменил вам, один из главных вождей страшной секты Воду!
— Боже мой! — пробормотал плантатор. — И этот человек смог изменить мне?
Господин де-Бираг молчал, но его испытывающие взгляды, которые он бросал на мрачного негра, казалось хотели проникнуть в глубину его души.
— Ну, — начал опять Флореаль-Аполлон с видом вызова, — и перед этим неопровержимым доказательством, в присутствии этого трупа, распростертого у ваших ног, вы все еще пытаетесь продолжать обвинять меня, все еще продолжаете утверждать, что я убийца?
— Да! Убийца, убийца! — вскричал чей-то пронзительный голос.
При этом неожиданном обвинении дрожь невольно пробежала по телу негра. С суеверным ужасом он обернулся на дверь.
Дверь, выходившая в комнату дам, была отворена настежь, и там, опираясь на косяк, с рукой, протянутой вперед как бы для проклятия, со сверкающими гневом глазами, стояла Марта.
Распущенные волосы и белая длинная окровавленная одежда придавали ей скорее вид призрака, чем живого существа.
— А, — вскричал Флореаль-Аполлон, с ужасом пятясь назад перед этим ужасным видением. — Неужели мертвые встают из гробниц?
— Убийца! — еще раз вскричала молодая женщина с лихорадочной силой. — Это твое дело! Ты убил Луизона, моего верного защитника! — и, бросившись вперед, подобно разъяренной тигрице, она схватила негра за его курчавые волосы, крича: — Куда ты девал моего ребенка, презренный? Отдай мне мое дитя!
Негр, оглушенный в первую минуту неожиданностью нападения вскоре вернул свое обычное хладнокровие.
— А, ты еще жива! — закричал он, делая отчаянное усилие, чтобы освободиться от молодой женщины. — Хорошо! Я убью тебя во второй раз!
— Дитя мое, дитя мое! — повторяла несчастная мать без перерыва.
— Твое дитя, — вскричал негр с дьявольским смехом, — я посвятил в жертву Воду; умри и ты!
С этими словами негр выхватил кинжал. И тут завязалась ужасная борьба между убийцей и женщиной.
Марта, отчаяние которой удесятерило силы, действовала зубами и ногтями. Ошеломленные этой ужасной сценой, плантатор и молодой человек тщетно пытались придти на помощь молодой женщине; оба врага, сплетенные между собой словно две змеи, перебрасывались с одного конца комнаты в другой, не видя и не слыша ничего в своем ожесточении.
— Дитя мое, дитя мое! — все повторяла несчастная мать свистящим голосом, употребляя невероятные усилия, чтобы ослепить или задушить своего врага.
— Ты умрешь! — бормотал последний, тщетно пытаясь освободиться из ее рук.
Вдруг ноги негра наткнулись на тело Луизона, распростертого на полу; он споткнулся, потерял равновесие и упал, увлекая за собой молодую женщину, но тотчас же поднялся, освободившись от ее мертвой хватки, и, схватив короткий топор, скрытый под его одеждой, вскричал торжествующим голосом:
— Наконец-то!
Молодой женщине грозила неминуемая смерть.