Меткая Пуля
— Благодарение Богу! — вскричал майор.
— Я желаю одного, — продолжала она грустно, — после того, как отомщу, отыскать свою дочь, обнять ее, покрыть поцелуями и наконец сказать, что я — ее мать!
Майор тихо покачал головой.
— Берегись, сестра, — возразил он строго, — Господь сказал, что месть в Его власти. Берегись, чтобы после того, как ты решишь стать орудием провидения и действовать за него, тебя не постигла жестокая кара в твоих самых дорогих привязанностях.
— О, не говори так, брат! — вскричала она, вздрогнув от ужаса. — Ты сведешь меня с ума!
Майор молча опустил голову.
В продолжение нескольких минут брат и сестра стояли друг против друга, не говоря ни слова.
Оба размышляли. Волчица первая прервала молчание.
— Теперь, брат, — сказала она, — оставим на время, если ты не возражаешь, эту грустную тему разговора и займемся тем, что касается тебя, то есть обширным заговором индейцев.
— Признаться, сестра, — ответил майор и глубоко перевел дух, — я буду очень рад; у меня голова не на месте от всего, что я услышал. Еще немного — и я, ей-Богу, сойду с ума. Я до того взволнован, что за несколько часов едва буду в состоянии привести в порядок свои мысли.
— Спасибо тебе.
— Ночь на исходе, сестра. Нельзя терять ни минуты; я слушаю тебя.
— Велик ли гарнизон форта?
— В полном составе.
— Сколько же это составляет человек?
— Около семидесяти, не считая пятнадцати охотников, которые сейчас находятся вне форта, но немедленно будут призваны назад.
— Очень хорошо. Нужен ли тебе весь гарнизон для защиты форта?
— Смотря по обстоятельствам. Почему ты спрашиваешь?
— Потому что хочу попросить у тебя человек двадцать.
— Гм! Для какой цели?
— Сейчас узнаешь. Ты здесь один и не можешь надеяться на помощь ни с какой стороны. Само собой, индейцы, пока те будут осаждать форт, не допустят, чтобы у тебя сохранилось сообщение с фортами Кларк, Юнион и другими, разбросанными по течению Миссури.
— Да, я и сам боюсь этого, но что же делать?
— Слушай. Вероятно, тебе говорили, что на днях один американский скваттер поселился в трех-четырех милях за фортом.
— Да, говорили. Какой-то Джон Брайт, если не ошибаюсь.
— Вот именно. Плантация этого человека сможет послужить тебе передовым постом, не правда ли?
— Разумеется.
— Воспользуйся временем, которое еще остается, чтобы под предлогом охоты за бизонами вывести из форта человек двадцать и скрыть их у Джона Брайта. Когда настанет минута действовать, они нападут на неприятеля с тыла. Краснокожие, оказавшись между двух огней, вообразят, будто к тебе идет подкрепление из других фортов.
— Но это же отличная мысль! — вскричал майор.
— Только выбери людей понадежнее, на которых можно положиться.
— Все люди преданы мне; ты увидишь их в деле.
— Тем лучше. Стало быть, это дело решено?
— Решено.
— А теперь, так как никто не должен подозревать о наших отношениях, иначе нам нельзя рассчитывать на успех, я попрошу тебя велеть открыть мне ворота.
— Так скоро! В такую страшную погоду!
— Это необходимо, брат, меня ждут срочные дела.
— Ты настаиваешь на этом?
— Прошу для нашей общей пользы.
— Так идем, сестра, и не сетуй на меня, что я тебя отпускаю.
Через десять минут, не обращая внимания на грозу, которая свирепствовала с прежней яростью, Волчица уже сидела в пироге и сильными ударами весла направляла суденышко прочь от форта Макензи.