Счастье

– Ну, ребята, – обратился к детям Олли через несколько дней. Для принятия решения ему отвели срок до конца недели. – Что скажете? Едем в Калифорнию или нет?
Мел и Сэм обменялись долгими, озабоченными взглядами, а Оливер поймал себя на том, что ждет от них ответа «нет».
– По-моему, надо ехать, – ошарашила его Мел, а Сэм откинулся в кресле и ухмыльнулся:
– Да, па, поехали. Будем каждое воскресенье ходить в Диснейленд.
Олли уставился на ребят, изумленный их решением.
– Вы это серьезно?
Они кивнули, и Оливер, чувствуя себя словно во сне, на следующий день пошел на работу и сказал, что согласен на переезд. В ближайшее воскресенье он полетел в Лос-Анджелес, подобрал себе дом, три дня занимался поиском подходящих школ, еще неделю знакомился с сотрудниками в офисе, а затем вернулся, чтобы закончить все дела в Нью-Йорке.
Преданная Агги согласилась поехать с ними. Дом в Перчесе Олли решил не продавать, пока не наладится жизнь на западном побережье. Самое трудное было сказать Бенджамину о переезде. Но получилось так, что у Оливера даже отлегло от сердца. Бенджамин и Сандра согласились переехать с ребенком в перчесский дом. Олли сказал, что этим они ему очень помогут, избавят от лишней головной боли и беспокойства.
– Это правда, папа? Ты этим не делаешь нам просто поблажку?
– Нет, сынок, что ты. Есть и другая альтернатива. – Оливер сделал паузу. – Ты можешь оставить Сандру и Алекса в этой квартире и отправиться на западное побережье с нами.
Но Бенджамин только грустно покачал головой. Он не собирался их оставлять. Просто не мог. Алекс был его ребенком, а Сандра понятия не имела, как с ним обращаться.
– Мы будем здесь, и все будет о'кей.
Он нашел себе другую работу, да и за проживание в отцовском доме платить не надо – расходов меньше.
Все произошло как в кино. Они собрали вещи. Поехали. Плакали. Махали руками на прощание. И за неделю до Дня благодарения улетели в Лос-Анджелес, чтобы начать в Калифорнии совершенно новую жизнь.
Когда самолет приземлился в лос-анджелесском аэропорту, Оливер посмотрел на Мел и Сэма и подумал: «Что же я наделал?»
– Приготовились? – нервозно улыбнулся им Олли, молясь, чтобы детям понравился дом, который он снял в Бел-Эйре [6] . Чего там только не было: терраса, сауна, ванные комнаты, оборудованные по последнему слову дизайна, и бассейн в два раза больше, чем в Перчесе. Раньше дом принадлежал актеру, который разорился и сдавал его, не решаясь пока продавать.
Энди им выдали вместе с другим багажом. Он путешествовал в большой клетке. Агги улыбалась и поправляла шляпку.
В аэропорту их ждал лимузин. Дети в изумлении забрались в него, а Энди лаял и вилял хвостом. Олли в сотый раз задавал себе вопрос: не безумие ли все это? Но даже если это и было так, никто вроде бы не осуждал его. По крайней мере пока. Он откинулся на сиденье и взял детей за руки.
– Надеюсь, ребята, дом вам понравится.
– Наверняка.
Сэм улыбался, глядя в окно, а Мел вдруг стала на вид гораздо взрослее. Лимузин вез их по улицам Лос-Анджелеса к дому, который папа им выбрал в Бел-Эйре. Для детей это был совершенно новый мир, новая жизнь, но они, похоже, не возражали. И только Оливера страшило будущее.