Дикая кошка

Наступило минутное молчание; индеец с тоской следил по лицу своего пленника за впечатлением, какое на него производили его слова, словно желая проникнуть в свои мысли.
Через минуту дон Дьего возобновил этот странный разговор.
– Говори, – сказал он глухим голосом, – и если это не индейская проделка, скажи, какие ты хочешь сделать мне предложения; я слушаю тебя!
– Я, как тебе известно, был почти воспитан испанцами и поэтому знаю их нравы, и я привык к обрядам ваших священников, ваших архиереев, которые во имя Распятого обручили тебя освященными кольцами с Мерседес.
– Да, – отвечал молодой человек, не понимая, что хотел сказать дикарь.
– Итак, – продолжал Овициата с торжеством, – отдай мне твое кольцо, уступи мне твои права на твою невесту и вы будете все свободны.
– О! Какое бесчестье и позор! – воскликнул дон Дьего с бешенством. – Ты делаешь мне подобное предложение!
– Что значит это для тебя! Все равно она не может принадлежать тебе?
– Отойди мерзавец! – крикнула Мерседес. – Я скорее соглашусь сделаться жертвой отвратительнейшего бандита племени, чем принять позорный торг и сделаться женой подобного тебе чудовища.
Произнося эти слова, сверкая глазами, молодая девушка смотрела с таким презрением и гневом, что индейский вождь не мог вынести этого взгляда и опустил голову.
– Проклятье! – воскликнул он с бешенством, – приготовьтесь быть привязаны к столбу пыток.