Город греха
Дэнни сосчитал до шести, приоткрыл дверь и выглянул наружу. Тот, что получил деньги, быстро шел к тротуару. Другой парень зашел во второй ряд машин и сел в грузовик с высоко торчащей антенной. Дэнни дал ему тридцать секунд обдолбаться, обсадиться или подогреться. Вынул револьвер 45-го калибра, пригнулся и тихо подошел к машине.
Это был бледно-лиловый «меркури». Ветер разносил дымок марихуаны. Дэнни рванул дверь со стороны водителя на себя. Негр охнул, уронил сигарету и отшатнулся от направленного ему в лицо оружия.
— Служба шерифа, — сказал Дэнни. — Руки на приборную доску и — медленно, или буду стрелять.
Парень словно во сне проделал, что ему было сказано. Дэнни крепко вжал ему ствол в подбородок и быстро обшарил наружные и внутренние карманы пиджака, провел рукой по талии на предмет ножа или пушки. Обнаружил кожаный бумажник, три сигареты с марихуаной. Ни героина, ни оружия не было. Открыл бардачок, посветил в нем фонариком. Парень заговорил:
— Послушайте, мистер!
Дэнни сильнее вдавил ему ствол ниже подбородка; у парня перехватило дыхание, и он замолк.
Запах марихуаны становился нестерпимым; Дэнни нашел окурок на сиденье и загасил. Свободной рукой он открыл бумажник, извлек водительское удостоверение и около сотни долларов десятками и двадцатками. Сунул деньги в карман и просмотрел водительские права: Карлтон У. Джеффериз, муж., негр, рост 5,8, дата рождения 19.06.29, место жительства — 439 J Ист 98-я Ст., Лос-Анджелес. В бардачке оказался техпаспорт на то же имя и целая пачка конвертов с неоплаченными бланками штрафов за дорожные нарушения. Дэнни сунул права, сигареты, деньги и техпаспорт в конверт и бросил его на землю; отвел револьвер от головы парня и стволом повернул его голову лицом к себе. Шоколадного цвета лицо, парень вот-вот расплачется: губы дрожат, кадык ходит ходуном, все никак не отдышится.
— Или даешь мне сведения, или садишься на пять лет минимум — по закону штата, — сказал Дэнни. — Выбирай.
Джеффериз обрел голос — высокий, срывающийся:
— Чего вам нужно?
— Думаю, сам знаешь. Ты ведь не дурак. Скажи, что мне нужно, и завтра я пошлю конверт тебе домой.
— А может, сейчас отдадите, а? Мне очень деньги нужны.
— Мне нужен верный информатор. Если поведешь двойную игру и надуешь меня, ты сядешь. Улики и твое признание у меня есть.
— Да я не признавался ни в чем!
— Признавался, голубчик. Ты продавал по фунту марихуаны в неделю. Ты — главный поставщик конопли на Саут-Сайде.
— Слушьте!
Дэнни упер ствол револьвера в нос негру:
— Мне нужны имена. Кто тут торгует героином. Давай.
— Мистер…
Дэнни перебросил револьвер стволом в руку, повернул его рукояткой вниз, превратив его в дубинку.
— Говори, сволочь!
Джеффериз снял руки с приборной доски и закрыл голову:
— Я одного только знаю. Звать Отисом Джексоном. Живет над прачечной на углу Сто третьей и Бич. Только вы уж меня не выдавайте, я ж не стукач!
Дэнни спрятал револьвер и отступил от машины. Ногой поддел конверт с документами как раз, когда раздались всхлипывания Джеффриза. Дэнни поднял конверт, бросил его на сиденье рядом и бегом — к своему «шевроле». Вздохов облегчения и слов благодарности несчастного малого он уже не слышал.
Перекресток Сто третьей улицы и Бич был самым убогим углом района Уотте: две негритянские парикмахерские на двух углах (выпрямление курчавых волос), винный магазин на третьем и прачечная самообслуживания «Береги монетку!» — на четвертом. В квартире над прачечной горел свет. Дэнни оставил машину на другой стороне улицы, выключил фары. На второй этаж вел один-единственный ход — боковая лестница, упиравшаяся в хлипкую дверь.
Дэнни на цыпочках стал взбираться вверх, стараясь не касаться перил, чтобы те ненароком не скрипнули. Поднявшись, он вытащил револьвер, приложил ухо к двери и стал слушать: внутри мужской голос считал — «восемь, девять, десять, одиннадцать». Постучав, он ленивым голосом из негритянского радиосериала протянул:
— Отис, ты дома? Это я, Отис.
В ответ послышалась брань; через секунду дверь на цепочке приоткрылась, в щель высунулась рука с пружинным ножом. Дэнни рукояткой пушки выбил нож и всем телом навалился на дверь. Нож упал на верхнюю ступеньку. Изнутри комнаты раздался вопль; дверь поддалась и вместе с Дэнни рухнула на пол. Падая, Дэнни успел увидеть, что Отис Джексон схватил пакетики с наркотиком и кинулся в ванную. Разался звук спускаемой воды. Дэнни встал на колени и крикнул: «Служба шерифа!» Но было поздно: Отис показал ему средний палец и, вихляясь, пошел в гостиную с издевательской улыбочкой.
Дэнни поднялся, в голове у него гудело, словно там гремел джаз-банд. Отис сказал:
— А хера тут делать службе шерифа? Нехера ей тут делать.
Дэнни хрястнул его револьвером по морде. Отис рухнул на ковер, застонал и выплюнул сломанный протез. Дэнни присел возле него и спросил:
— Ты продал героин высокому седому человеку? Джексон сплюнул кровавую слизь и кусочек откушенного языка:
— Я работаю с Джеком Д. и участком семь-семь, мать твою…
Дэнни поднял револьвер на уровень глаз:
— А я работаю с Микки К. и округом — и что дальше? Я задал тебе вопрос.
— Слушай, я имею дело с Голливудом! Знаешь, сколько там седых мудаков!
— Я хочу знать имена всех, кто заправляется в клубах на Саут-Сентрал.
— Через мой труп! Хер чего тебе скажу.
В голове Дэнни снова загремел джаз, всплыла фонограмма сакса КоулменаХили, вспомнился готовый расплакаться молодой негр:
— Повторяю: мне нужна информация о высоком белом мужчине. Средних лет, седой.
— Я же тебе ска…
Дэнни услышал, как по лестнице кто-то подымался, невнятный разговор и знакомый звук взводимых курков. Отис заулыбался. Дэнни все понял: убрал револьвер и приготовил жетон. В дверях появились двое белых здоровяков с револьверами 38-го калибра в руках; Дэнни показал свой жетон и продемонстрировал готовность к мирным переговорам:
— Служба шерифа. Детектив.
Двое белых вошли в комнату, держа пушки наготове. Тот, что был повыше, помог Отису подняться; второй, курчавый толстяк, взял у Дэнни жетон, осмотрел его и покачал головой: