Колдунья из Даршивы
– Убирайся! – вновь крикнул Дарник, нанося удар.
Нахаз отшатнулся, потерял равновесие и с отчаянным воем полетел вниз, сверкая зеленоватым огнем, словно комета. Одна из оставшихся змееподобных рук мертвой хваткой вцепилась в Урвона, и Нахаз провалился сквозь землю, утащив за собой апостола.
Когда Гарион снова обернулся, Дарник уже обрел свои обычные размеры. Он тяжело дышал, а его грудь и руки были покрыты потом. Молот сверкал все ярче, пока не раскалился добела. Затем сияние померкло, и в руке кузнеца остался серебряный амулет с намотанной на пальцы цепочкой.
Из уст Гариона раздался голос, теперь он был не громче шепота:
– Знайте, что этот добрый человек отныне мой любимый ученик, ибо он оказался наиболее подходящим из вас для выполнения этой задачи.
Бельгарат поклонился в том направлении, откуда донесся голос.
– Пусть будет так, как ты сказал, Учитель, – промолвил он. – Мы приветствуем его, как брата.
Польгара подошла к Дарнику и осторожно взяла из его руки амулет.
– Ты заслужил это, – сказала она, глядя на серебряный диск. Повесив цепочку на шею мужа, она обняла его и поцеловала.
– Пожалуйста, Пол, – покраснев, произнес Дарник. – Мы не одни.
Но она рассмеялась и еще крепче прижала его к себе.
Бельдин криво усмехнулся.
– Неплохая работа, братишка, – сказал он Дарнику, затем протянул руку, извлек из воздуха кружку пенистого эля и вручил ее новому апостолу Алдура.
Дарник с благодарностью выпил. Бельгарат похлопал его по плечу.
– Уже очень много времени у нас не появлялся новый брат, – сказал он, обнимая кузнеца.
– Как это прекрасно! – дрогнувшим голосом промолвила Сенедра.
Бархотка протянула ей носовой платочек.
– Что изображено на этом амулете? – спросила она.
– Молот, – ответил Бельгарат. – Что еще там могло быть?
– Армии на равнине, кажется, пребывают в полном смятении, о древнейший, – почтительно заговорил Сади. – Не пора ли нам удалиться, пока они не пришли в себя?
– Я как раз об этом подумал, – подхватил Шелк.
– Они правы, Бельгарат, – согласился Бельдин. – Мы сделали то, зачем были посланы сюда – по крайней мере Дарник. – Горбун вздохнул и посмотрел вниз. – Мне самому хотелось прикончить Урвона, но думаю, так даже лучше. Надеюсь, сейчас он наслаждается обществом демонов в преисподней.
Внезапно с вершины хребта донесся торжествующий смех. Гарион повернулся и застыл от изумления, увидев облаченную в черную мантию фигуру колдуньи из Даршивы. Рядом с ней стоял светловолосый маленький мальчик. Хотя черты лица Гэрана изменились за год с лишним, прошедший после его похищения, Гарион сразу же узнал сына.
– Ты отлично проделал мою работу, – заявила Зандрамас. – Я и представить не могла более подходящего конца для последнего апостола Торака. Теперь, Дитя Света, только ты стоишь между мною и Ктраг-Сардиусом. Я буду ждать твоего прибытия в Место, которого больше нет. Там ты станешь свидетелем того, как я воспитаю нового бога Ангарака, чья власть над миром продлится до окончания времени!
Гэран умоляюще протянул руку к Сенедре, но тут же исчез вместе с Зандрамас.
– Вот это да! – удивленно произнесла волчица.