Злобный ветер

— Шон Балдуин.
— Шон — откуда?
Он улыбнулся:
— Это не название места. Это фамилия.
— Фа-лилия? Значит ты — одна из музыкальных лилий? 
Шон рассмеялся.
— Совсем нет! Я обыкновен.
Девушка отшатнулась.
— Обыкновен!
— Ну, это же не значит, что я плохой, — развел он руками.
— Не значит?
— Ты, наверное, наслушалась всяких гадких историй про обыкновенов. Но не все же мы такие, как в этих рассказах.
— Надеюсь, что нет, — ответила она.
Шон внимательно посмотрел на это крылатое создание. Под слоем грязи скрывались хорошенькая мордашка, светлые волосы до талии, крошечные ручки и ножки, точеная фигурка. У девушки были эльфийские черты лица и огромные глаза, зеленые, как молодая листва.
— Послушай, я просто хочу сказать, что ты не сделала ничего плохого, вытащив меня из реки. А ты сама кто?
— Ах, ну да, — ответила девушка, краснея. — Меня зовут эльфесса Ива.
— Так ты эльфесса! Как Дженни?
— Дженни? А где растет ее вяз?
— Какой вяз?
— Ну, ее эльфийский вяз. У каждого эльфа есть свой вяз. Нас по ним различают.
— Не думаю, что у нее есть вяз, — пожал плечами Шон. — Она из Двухлунии.
— Нет вяза? Наверное, она очень странная.
— У нее заостренные ушки и по четыре пальца на руках.
Ива подняла руку. У нее было ровно пять пальцев. Потом коснулась абсолютно круглого уха.
— Видимо, ее родной мир и вправду очень странный. Все эльфы Ксанфа такие же, как я. Разве что…
— Что?
— В общем, мое дерево — это крылатый вяз. Поэтому в отличие от других эльфов, у меня есть крылья. Вдобавок мое дерево очень большое. Так что и я крупная.
— Крупная? Ты такая прелестная и миниатюрная!
— Я большая для эльфов. Остальные гораздо меньше. И они еще сильнее привязаны к своим деревьям.
— То есть как — привязаны?
— Ты что, не знаешь?
— Я же обыкновен, помнишь? И поэтому ничегошеньки не знаю.
— Ну конечно, — спохватилась Ива. — Все эльфы привязаны к своим вязам. Рядом с ними мы чрезвычайно сильны. Но чем дальше мы от них, тем мы слабее. Можно отлететь так далеко, что уже перестанет хватать сил на то, чтобы жить. Вязы — растения мирные, но даже огр не осмелится их обидеть. Ведь эльфы могут оказаться гораздо сильнее его.
— То есть вдали от своего дерева ты слабеешь.
— Да. Но для крылатых эльфов правила не такие жесткие. Так что мы можем улететь достаточно далеко. По-моему, это из-за того, что наши вязы очень высокие и видят на большое расстояние. Им не мешают ни горы, ни дома, ни растительность. Конечно, на границе Ксанфа я вряд ли смогy даже подняться с земли. Но рядом с моим вязом я выдернула бы тебя из грязи одной рукой. Так что в отличие от других видов эльфов мы передвигаемся достаточно свободно. Мое дерево растет на востоке центрального Ксанфа. Сейчас я не далеко и не близко от него. Так что силы мои средненькие. Иначе я помогла бы тебе более ощутимо.
— Ты все сделала замечательно, — успокоил ее Шон. — Честное слово. Я сбросил бешбуховые вишни на плотину гоблинов. Но не рассчитал, и меня смыло волной.
— Мы не очень любим гоблинов, — заметила Ива.
— Мы их вообще терпеть не можем, — он огляделся. Уровень воды понизился. — Мне пора возвращаться к моему семейству.
— А мне пора к моему вязу, — согласилась она.
— Еще раз спасибо за помощь. Прямо не знаю, как тебя отблагодарить.
— Что ты! Мне не нужна никакая награда! — покраснела девушка. — Это было внезапное решение. Обычно мы не вмешиваемся в дела людей. Мы ведь очень застенчивые. Но позволить тебе утонуть я не могла.
— Понимаю. Если бы то же самое случилось с тобой, я поступил бы так же. И не только потому, что ты очень хорошенькая.
— Ой! — она покраснела еще сильнее.
— Прости, — испугался Шон, — я не хотел тебя обидеть.
— Раньше никто не называл меня хорошенькой. Для моего вида у меня самая обычная внешность. И, тем более, я вся в грязи.
Значит, она совсем не шутила, когда сказала, что эльфы очень застенчивы.
— Ну, может быть, ты кажешься мне симпатичней, потому что вытащила меня из реки. А грязь — моя вина. Тут есть поблизости пруд, где можно помыться? А потом каждый пойдет своей дорогой.
Шону не хотелось возвращаться к своим в таком виде. А то мама закатит скандал по поводу измазанной обивки в салоне фургончика. Да и совсем не хотелось вот так сразу расставаться с этим очаровательным крылатым существом. Тем более что, может быть, удастся познакомиться с девушкой поближе. Когда они будут купаться.
— Тут недалеко я заметила чудесный пруд, — ответила Ива. — Так что если ты не прочь задержаться…
— Совсем не прочь!
Она провела его к пруду. Озерцо оказалось маленьким, но очень милым. Вода просто искрилась чистотой.
Ива начала было снимать платье, но потом вдруг остановилась.
— Я слышала, что обыкновены очень… Не хочу тебя обидеть… В общем… Ничего, если я разденусь?
— Ничего страшного! — галантно ответил Шон. Он вспомнил, как однажды купался голышом с друзьями. Почему бы не повторить этот опыт с симпатичной девушкой? — Не возражаешь, если я тоже?..
— Конечно, нет! И иначе как ты вымоешься?
Шон облегченно рассмеялся.
— Да уж, иначе никак. Но предупреждаю: я не смогу удержаться и буду глазеть на твое тело!
Ива улыбнулась и стянула с себя платье. Интересно, почему она не переживает из-за своих трусиков? Но тут же все стало ясно: их у нее просто не было. Видимо, в Ксанфе все стесняются нижнего белья. А нагота — в порядке вещей. Ее обнаженное тело оказалось очень изящным. Именно такой Шон представлял себе нагую Хлорку. Только Ива была более… гибкая, что ли. И внезапно это сочетание гибкости и хрупкости очень ему понравилось.
Парень быстро скинул себя одежду и бросился за девушкой в пруд. А то не хочется стоять, как на витрине. И краснеть потом за свою нормальную мужскую реакцию. Вода оказалась как раз нужной температуры. Не горячая, не холодная. Она приятно ласкала кожу, доставляя непередаваемые ощущения.
Ива повернулась к Шону лицом, отбрасывая назад тяжелые мокрые волосы. Миру явились маленькие, но прелестные до совершенства груди.
— Хочешь, я потру тебе спину? — невинно предложила она, поднимая на него свои пронзительно зеленые глаза. Их взгляды встретились в первый раз с тех пор, как они вошли в воду. Девушка оцепенела.