Исцеление любовью
– Том сказал мне, что у вас, слава богу, ничего серьезного. Как вы сейчас себя чувствуете?
– Иди ко мне, деточка, – позвала леди Августа племянницу, отослав служанку. – Мне надо поговорить с тобой. – Она подождала, пока Элизабет подошла и села на край постели. – Я приехала по очень важному делу. Это касается моей дорогой Джейн.
– Я помню, вы сказали, что ее что-то тревожит. Надеюсь, ничего серьезного не случилось? – спросила Элизабет.
– Нет, моя дорогая, все очень серьезно. Джейн без памяти влюбилась в одного молодого человека, но считает, что ее избранник не отвечает ей взаимностью. Но когда я увидела его, то убедилась, что Джейн ошибается, – он безумно любит ее и тоже страдает от разлуки.
– Том! Это Том! – догадалась Элизабет. – Я сразу заметила, что он очень изменился, вернувшись из Вилтшира. Он выглядит таким несчастным, но на все мои расспросы отвечает молчанием.
– Я абсолютно уверена, что он будет хранить тайну до конца своих дней, и это делает ему честь. Теперь, дитя мое, я расскажу тебе о судьбе Джейн после того, как она покинула твой гостеприимный дом.
Выслушав рассказ тетушки, потрясенная Элизабет промолвила:
– Теперь я понимаю, почему Том хранил молчание: ведь если бы все случившееся стало достоянием гласности, о Джейн пошла бы дурная слава.
– Она призналась мне, что Том вел себя достойно, как истинный джентльмен. Хотя я бы на ее месте была оскорблена до глубины души, если бы такой красавец мужчина даже не попытался меня соблазнить! – со свойственным ей юмором заметила леди Августа. – Мне невыносимо больно думать, что двое влюбленных так страдают, – уже серьезным тоном проговорила она. – Но почему Том не делает Джейн предложение? Ведь он ее любит! На этот счет у меня не осталось никаких сомнений.
– Том наверняка считает, что недостаточно хорош для нее, – после долгого раздумья сказала Элизабет.
– В таком случае надо его убедить, что он глубоко ошибается, – уверенным тоном заявила леди Августа.
– Боюсь, что, учитывая непростой характер доктора Кэррингтона, это будет не так-то легко сделать, – задумчиво проговорила Элизабет.