Рыцарь

Тэсс встала и, мягко взяв Хелен за руку, усадила в кресло. Сама же начала прохаживаться вдоль камина.
— Значит, ты презираешь Кенрика за то, что отцу твоему пришлось страдать из-за него, и за то, что он не позволяет Гаю занять принадлежащее ему по праву место? Правильно?
— Да, — охотно согласилась Хелен. — Король бросил в наш дом свое дьявольское семя и…
— Довольно! — взорвалась Тэсс. — Этих слов — дьявольское семя — я прошу в моем присутствии больше не произносить. Подло обвинять ребенка в грехах родителей. Подло и несправедливо. Разве он сам избрал себе эту судьбу? Я спрашиваю, в чем его вина? Этот священник, о котором ты говорила, похоже, у него нет ни капли христианского милосердия. Наверняка он выполнял волю твоего отца, когда внушал тебе такие мысли! Тэсс стала плохо видеть — мешали слезы.
— Нет, Хелен, Кенрик не виноват. И кровь его не менее чиста, чем твоя или моя.
Тэсс остановилась прямо перед Хелен. Та была бледна как мел и продолжала безучастно смотреть в пространство. Тэсс наклонилась.
— Хелен, ты меня слышишь?
— Нет, Тэсс, она тебя сейчас не слышит.
— О Господи! — воскликнула Тэсс. Потеряв равновесие, она покачнулась, но не упала. Затем медленно обернулась к двери. На пороге стоял ее муж.