Как две капли воды
– Советую тебе получше узнать мужа, – строго отрезала Оливия, но Виктория, ничуть не смутившись, обняла сестру и поцеловала.
– Ты всегда меня спасаешь, – совсем по-детски пропищала она, и Оливия невольно прижала ее к себе. Как ей тоскливо без сестры, а теперь и Джефф уехал!
– Вряд ли я смогу на этот раз тебя спасти, – честно призналась она. – Придется потрудиться самой.
– Все было бы куда легче, поменяйся мы местами, – небрежно бросила Виктория, но Оливия насторожилась. Сестра уже не впервые это повторяет. Вроде бы в шутку, но кто ее знает…
– Неужели?! Можно подумать, ты согласилась бы остаться в Кротоне и ухаживать за отцом!
Сестре, разумеется, и Кротон ни к чему. Наверняка ее тянет в большой мир, на свободу. Остается надеяться, что Чарлз не опустит руки и не откажется от жены. Вероятно, будь у нее дети, все решилось бы само собой.
Днем Оливия заехала за Джеффом. Мальчик пришел в восторг, узнав, что поживет в Кротоне, снова оседлает свою лошадку и не расстанется с Оливией и ее отцом, которого именовал «дедушкой».
Но Чарлз удивился куда больше, узнав, что сын уже в Кротоне.
– А как насчет школы? – недовольно осведомился он.
– Подумаешь, пропустит несколько дней! Ему всего десять лет! – отмахнулась Виктория. Она прекрасно провела день, прослушав лекцию о сражении при Брюсселе. Знай Оливия об этом, она вряд ли обрадовалась бы.
– Ты могла бы спросить меня, – раздраженно буркнул муж, хотя каким-то краем сознания понимал, что остался наедине с Викторией и она сегодня хороша как никогда. Глаза живые и блестящие, а новое платье по последней парижской моде, купленное сестрой, прекрасно обрисовывает фигуру.
– А я думала, что выступаю в роли его матери, – огрызнулась Виктория.
Ему не понравился ее тон, но огонь в глазах делал жену еще привлекательнее.
– Возможно, но я старше и умнее, – уже мягче ответил он. – Что же, ему полезно немного побыть за городом, да и нам неплохо остаться вдвоем. Если все будет в порядке, может, и мы поедем в Кротон на уик-энд.
Виктория не слишком любила Кротон, но всегда радовалась встрече с сестрой. С другой стороны, их приезд нарушит все планы Оливии, специально забравшей с собой Джеффри.
– Как-нибудь в другой раз, – уклончиво пробормотала Виктория. – Мы оставим его здесь, а сами поедем к отцу и Оливии.
– Без Джеффа? – удивился Чарлз. – Он мне никогда не простит. – И, грустно глядя на жену, спросил: – Ты совсем не терпишь его, верно, Виктория?
Просто не знаю, как с ним обращаться, – поправила она, закуривая и глядя куда-то вдаль, поверх головы мужа. Почему ей всегда так тяжело с ним? Жаль, что она не обладает добродетелями сестры! – К тому же я не привыкла к детям.
– Он такой добрый, хороший мальчик, – пробормотал Чарлз, жалея ребенка, лишенного материнской любви. Он не мог не сравнивать Викторию со Сьюзен. Правда, и сама Виктория рано осталась сиротой. Ее фактически воспитывала Оливия, обращавшаяся с сестрой как с ребенком. – Жаль, что вы так и не узнали друг друга лучше, – вздохнул он. Чарлз не зря собирался провести лето в Ньюпорте с женой и сыном, но Виктория настояла на путешествии в Европу.
– Оливия то же самое говорит о нас, – улыбнулась она сквозь папиросный дым.
– Ты ей жаловалась? – мгновенно встрепенулся Чарлз, не любивший выносить сор из избы. – Именно поэтому Оливия забрала Джеффа? Чтобы оставить нас вдвоем?
– Я сказала только, что с трудом привыкаю ко всему этому, – оправдывалась Виктория, но по ее взгляду было ясно, что она все выболтала сестре.
– Мне не хотелось бы, чтобы ты обсуждала с ней нашу личную жизнь, – нахмурился Чарлз. – Это по меньшей мере неделикатно.
Виктория кивнула. Вошедшая кухарка позвала их ужинать. За столом между супругами по-прежнему царило напряжение, и Чарлз, допив кофе, немедленно поднялся к себе в кабинет и сел за бумаги. Виктория читала в спальне журнал, и часы пробили полночь, когда Чарлз наконец вошел в комнату, совершенно измученный. Виктория, напротив, выглядела совсем свежей и очень хорошенькой. Наверное, именно поэтому он женился на ней, а временами даже испытывал нечто вроде любви. Правда, Чарлз опасался отдать ей сердце и был уверен, что первая любовь никогда не повторится, но, глядя на нее, такую соблазнительную в облаке черных волос, снова надеялся, все у них наладится.
– Ты что-то припозднилась, – улыбнулся он, отправляясь в гардеробную, и вскоре вернулся в пижаме и халате. С первой женой в этом не было надобности, но с Викторией он ложился в постель полностью одетым и старался соблюдать необходимую дистанцию. После нескольких неудачных попыток овладеть Викторией он больше к ней не прикасался. – Странно как-то сознавать, что мы одни. Без Джеффри.
Он всегда любил сознавать, что сын рядом, но сейчас мысль о том, что весь верхний этаж принадлежит им, необычайно его возбудила. Виктория молча легла рядом, по какой-то непонятной причине думая о сестре и о том, что ей не хватает Оливии. Как хорошо бы сейчас оказаться дома, навсегда забыть о Чарлзе и не волноваться за Джеффри. Все это так надоело и опостылело и оказалось куда тоскливее, чем она ожидала. Знай Виктория, что этим кончится, ни за что не согласилась бы на замужество, и пусть бы отец делал с ней что угодно, отсылал бы в монастырь!
– О чем ты думаешь? – прошептал Чарлз, переворачиваясь на бок.
– О религии, – лукаво усмехнулась Виктория, смущенная своими мятежными мыслями.
– Опять лжешь, – не поверил Чарлз. – Как не стыдно! Судя по твоему лицу, о чем-то ужасно греховном!
– Может быть, – с невинным видом промурлыкала Виктория.
Он нежно коснулся ее щеки, не зная, как подойти к жене. До сих пор каждый его страстный порыв кончался сокрушительным поражением и потом обоим становилось неловко, особенно Виктории, не знавшей, как справиться с угрызениями совести и печальным, но вполне понятным состоянием мужа после очередной неудачи.
– Ты так прекрасна, – пробормотал он, медленно подвигаясь к ней. Виктория мгновенно оцепенела. – Виктория… не нужно… пожалуйста… доверься мне…
Но перед глазами Виктории попеременно мелькали Тоби и кровавая лужа на полу ванной.