Жажда мести
Глава двадцать девятая
Фрост долго стоял под душем, не зная, когда выпадет следующая возможность насладиться теплыми струями, затем забрался в кровать и постарался уснуть. Это оказалось не так-то легко сделать, и он долго ворочался, вспоминая смерть своих товарищей в Латинской Америке, которые были расстреляны по приказу отца Ведьмы — полковника Марка Чапмана.
Капитан проснулся очень рано — в половине шестого — и понял, что больше не заснет. Внезапно он явно ощутил каким-то шестым чувством, что Ева придет за ним сегодня. Возможно, не собственной персоной, так как надо кому-то продумывать нападение на Гибралтар, но уж ее головорезов точно придется ждать. Его и Калантоса они уж точно постараются убрать перед такой крупной операцией.
После утреннего туалета Хэнк оделся и проверил все свое оружие: браунинг с запасными обоймами, два боевых ножа и “узи”, который он одолжил у Никоса.
Он был уже готов спуститься к завтраку, как вдруг издали донесся приглушенный взрыв. Все, началось. Фрост быстро распихал оружие по своим местам, набросил на плечо ремень автомата и выбежал в коридор. К нему уже бежал полуодетый заспанный Калантос.
— Они напали на деревню!
Они оба побежали вниз. По всему двору раздавался топот ног, греки лихорадочно готовились к бою…
Нико, Фрост и десятка два вооруженных подчиненных Калантоса бежали вниз по склону к охваченной огнем деревне. Капитан видел, как по ее улицам бегают вооруженные люди в военной форме с факелами в руках.
— Они это делают только для того, чтобы выманить нас из дома! — крикнул на бегу Хэнк.
— Знаю! — откликнулся Никос.
Они пробежали по апельсиновому саду, аромат которого смешивался с удушливым запахом дыма, тянущегося от деревни, выскочили из-за деревьев на открытое пространство, и впереди, между клубами тяжелого дыма, капитан заметил какое-то движение.
— Ложись! — крикнул он своим, упал на землю и выпустил очередь в вынырнувшую из дыма фигуру. Стрельба кругом шла вовсю. Рядом Калантос что-то прокричал по-гречески, и часть его людей переползла влево и исчезла впереди, за завесой дыма. Через минуту оттуда послышались крики и многочисленные автоматные очереди. Фрост с Нико вскочили и ринулись вперед, увлекая за собой остальных солдат.
В деревушке шел бой, и ее жители защищали свои дома, чем могли, — охотничьими ружьями, топорами, ножами. Одна группа наемников Чапман зверствовала в середине деревни, а вторая, человек в двадцать, бегом уходила в сторону, стреляя на ходу.
— Нам нужно захватить живьем кого-нибудь из бандитов! — крикнул капитан Калантосу.
— Ладно, но только одного!
— Смотрите, вон те двигаются к вашему дому.
— Ничего, успеем. Придется разделиться, я дам тебе часть своих ребят.
Хэнк кивнул и побежал к центру деревушки, за ним последовали шесть солдат Нико. Они сразу уложили бандита с факелом, который пытался поджечь самый большой дом на главной улице. Вдруг из-за каменной стены вынырнуло несколько наемников и открыли такую бешеную стрельбу, что Фросту и грекам пришлось залечь. Капитан стал отползать в сторону в поисках укрытия, из-за которого можно было бы вести ответный огонь, но его товарищи что-то разом загалдели, показывая в небо. От горы, на которой был расположен дом Калантоса, к ним летел вертолет!
Хэнк перезарядил автомат, вскочил на ноги и повел своих новых товарищей в атаку. Но едва они влетели на узкую улочку, окруженную с обеих сторон высокими каменными домами, как попали под плотный огонь. Головорезы укрылись за стеной на другой ее стороне и не давали и носа высунуть прибывшим для защиты местных жителей смельчакам. Что делать?
Фрост окинул взглядом примыкающие друг к другу дома и заметил, что их крыши переходят одна в другую, нигде не прерываясь. Он на пальцах показал грекам, что придумал: те подсадят его до балкона, он переберется на крышу и под ее защитой переползет по верху до противоположного конца улицы, где засели негодяи, и выкурит их оттуда. А они чтобы были готовы расстрелять любого, кто выбежит из-за укрытия. Те радостно что-то заговорили, насовали ему в карманы запасных обойм и даже гранат, которые были особенно необходимы Фросту. Один боец, самый рослый, отполз с капитаном за дом и просто забросил его на балкон. Морщась от боли в раненой руке, Хэнк с трудом взобрался на крышу и, низко пригибаясь к ней, стал продвигаться от дома к дому. Греки тем временем догадались открыть отвлекающий огонь. Казалось, прошла целая вечность, пока капитан дополз до конца улицы и осторожно выглянул с крыши вниз. Там, надежно укрывшись за толстой гранитной аркой, залегли человек пятнадцать вооруженных до зубов бандитов Евы. Один из них, видимо, услышал рокот приближающегося вертолета, взглянул наверх и увидел над крышей голову Фроста. Он что-то заорал, тыча вверх пальцем, сообщники его тоже заметили капитана, и он едва успел нырнуть за конек крыши, как та стала разваливаться на куски под градом пуль.
Хэнк выхватил одну гранату, вторую и перебросил их вниз. Грохнули взрывы, снизу раздались крики отчаяния и топот ног. Бандиты спасались бегством. Но не тут-то было. С другого конца улицы сразу затрещали очереди его друзей-греков. Более того, как раз в эту секунду вверху мелькнула грозная тень, и над улицей закружил боевой вертолет, поливая выскочивших из укрытия наемников огнем крупнокалиберных пулеметов. Через несколько минут бой в деревне был закончен самым жестоким образом для тех, кто на нее напал.
Свое желание Фрост так и не осуществил. Когда он спустился вниз, то не мог отыскать среди прошитых пулями тел ни одного раненого, который бы мог сказать ему главное — где находится Ведьма…