Западня

– Нет, я все-таки думаю, что президент выживет, – повторила Рози, нагибаясь, чтобы застегнуть армейские ботинки. Она готова была молиться за это.
* * *
Роман Маковски сидел за президентским столом – теперь это был его стол. На нем были установлены мониторы и разноцветные телефоны, были тут и многочисленные кнопки, при помощи которых он мог вызвать любого из своих помощников, находящихся на борту президентского спецсамолета номер один. Маковски решил воспользоваться этим.
Он нажал кнопку, соединяющую его с пилотом.
– Слушаю вас, господин президент, – раздался в динамике голос.
– Идем на посадку. Меня ждет страна, которой нужно руководить.
– Но…
– Я сказал – идем на посадку! – твердо повторил он и отпустил кнопку.
Маковски не боялся того, что самолет попытаются сбить. Он беспокоился о том, что даром идет драгоценное время. Он не опасался того, что врачам удастся вывести из бессознательного состояния законного президента страны, которого избрал народ. Тот находился в такой тяжелой коме, что можно было почти не сомневаться, что ему не удастся из нее выкарабкаться.
Все дело было в том, что страна ожидала от него решительных действий. И они не заставят себя долго ждать.
Сначала он уволит Рудольфа Серилью. Затем выразит сожаления вдове вице-президента по поводу гибели ее супруга и первой леди в связи с тяжелым состоянием президента. Бывшего. А не ввести ли, кстати, сейчас еще и смертную казнь, и приговорить к ней тех, кто не сумел обеспечить безопасность проведения конференции? Он поручит Конгрессу назначить расследование этого чудовищного преступления, которое могло произойти только из-за попустительства спецслужб, определить меру виновности в этом директора ФБР Серильи и таким образом не только уволит его, но еще и казнит…
Да, драгоценного времени совсем не стоит тратить здесь, в самолете.
Его ожидают великие свершения…