Драгоценности

На ней было старое, хорошего покроя простое черное платье и великолепный жемчуг, при виде которого у людей понимающих перехватывало дыхание. Он принадлежал ей с войны, и если бы она продала его сегодня, это принесло бы около двух миллионов долларов. Но Сара никогда не помышляла об этом, она просто носила его, потому что любила и потому что Вильям настаивал, чтобы она сохранила его. «Герцогиня Вайтфилд должна иметь такой жемчуг, моя любимая», — подтрунивал он над ней, когда она впервые примеряла его на старый свитер мужа, который надела, чтобы поработать в нижнем саду.
«Стыдно сказать, жемчуг моей матери кажется пустяком по сравнению с этим», — заметил он.
Она засмеялась, он прижал ее к себе и поцеловал. Сару Вайтфилд окружали прекрасные вещи, и она прожила чудесную жизнь. И она была необыкновенной женщиной.
Когда наконец Сара отвернулась от окна, она услышала, как первый автомобиль проезжал последний поворот аллеи. Это был черный «роллс-ройс» с затемненными окнами, и она не могла разглядеть, кто в нем сидел. Автомобиль остановился прямо перед главным входом замка, почти под ее окнами, и, когда водитель вышел и поспешил открыть дверь, она в изумлении покачала головой. Ее старший сын выглядел, как всегда, великолепно и очень, очень по-английски, пытаясь в то же время скрыть беспокойство, когда вслед за ним из автомобиля вышла женщина в белом шелковом платье и увешанная бриллиантами, ослепительно сверкавшими на солнце. Она снова улыбнулась, отходя от окна. Это было только начало… нескольких сумасшедших волнующих дней… Трудно поверить… она не знала и могла только предполагать, что подумал бы обо всем этом Вильям… вся эта суета по поводу ее семьдесят пятой годовщины… так много и так скоро… Казалось, что промелькнули только мгновения с тех пор, как все началось…