Погоня за призраком

Она схватила “Вальтер” и начала беспорядочно палить по вертолету.
— Вот вам, суки. Вот вам. Вот!
Фрост схватил ее за руку и прижал к земле.
— Береги патроны. Они нам еще пригодятся. Невдалеке послышался рокот двигателя вертолета.
Капитан понял, что атака сейчас начнется. Он передернул затвор автомата.
— Ну, вот они идут, крошка, — сказал он Джессике. — Думаю, нам уже не выкрутиться, но так просто они нас не возьмут.
Внезапно где-то рядом с вертолетом, который только собирался взлететь, раздался раскатистый грохот выстрела. Эхо пронеслось по окрестностям и замерло вдалеке.
Фрост почувствовал, как его губы сами расползлись в улыбке. Да, голос любимого револьвера специального агента О’Хары трудно было с чем-то спутать. Капитану даже показалось, что он услышал громкий повелительный крик:
— Это ФБР! Замрите, индюки!
Протарахтел автомат, мелькнул свет, кто-то проорал какую-то команду. А потом опять громыхнул “Смит и Вессон”, раздался крик боли и незабываемый голос:
— Я сказал — замрите. Если кто еще шевельнется, то получит уже не по заднице, а прямо в башку!
Рев двигателя внезапно смолк. Повисла неправдоподобная, оглушающая, давящая в уши тишина.
Фрост быстро выбрался из ямы. Он хотел было приказать Джессике оставаться на месте, но передумал, ибо знал. что она все равно не подчинится. Капитан двинулся напрямик через поле к вертушке. В левой руке он держал браунинг, в правой — “Узи”. Женщина следовала за ним.
Тишина стояла недолго. Раздался голос мужчины, видимо, одного из тех, которые находились в вертолете.
— Эй, если ты действительно из ФБР, то лучше вали отсюда. Здесь работает “Фирма”. Тебе тут нечего делать.
— Я сам знаю, что мне делать, — ответил О’Хара. — И если я выстрелю еще раз, то можете вызвать гробовщика.
Затем послышался другой голос, молодой и испуганный:
— Этот парень прострелил мне руку.
— Заткнись, пацан, — со злостью ответил первый мужчина.
Фрост продолжал движение. Когда он был уже в десятке метров от вертолета, кто-то истерически завопил:
— Смотрите, те двое обходят нас.
— Я работаю на ФБР, — крикнул Фрост. — Брось оружие!
Он видел на фоне слабого света из кабины вертолета силуэт высокого худого мужчины с резким профилем. Тот стоял, не обращая внимания на дождь и поворачивал голову из стороны в сторону.
— Эй, послушай! — крикнул он, обращаясь к О’Харе. — Эти двое разыскиваются федеральными властями. А мы…
— Заткнись, умник, — раздался голос О’Хары. — Твоя голова у меня на прицеле. Если их ищут федеральные власти, то это моя работа, правильно? А ЦРУ не имеет права вмешиваться во внутренние дела. Ведь так записано у вас в уставе, а?
— Да, но…
— Вот и все, — отрезал О’Хара. — Бросайте оружие и отойдите от вертушки, иначе ваши мозги испачкают машину.
Фрост пока молчал. Он понимал, что здесь сейчас главный О’Хара и не хотел ему мешать.
— Бросить оружие, я сказал!
Несколько секунд было совсем тихо, а затем прозвучал голос мужчины с резким профилем. Голос, полный ненависти и горечи.
— Ладно, делайте, как он сказал. Я не знаю, кто ты, — обратился он к О’Харе, — но. клянусь Богом, если я когда-нибудь доберусь до тебя, то ты очень пожалеешь об этом.
— Ой, не надо, — издевательски сказал О’Хара. — Мне так страшно, что я того и гляди начну дрожать, а тогда ведь могу как-нибудь случайно нажать на спуск… Представляешь, что будет?
Агенты ЦРУ — их было пятеро, если Фрост хорошо разглядел — бросили оружие на землю и отошли в сторону. Из-за какого-то дерева медленно вышел О’Хара, держа “Смит и Вессон” обеими руками.
— Фрост, — приказал он, — собери стволы. Мисс Пейс, идите в кабину и последите, чтобы пилот не делал глупостей. Заберите его пушку и поломайте что-нибудь в машине, только не очень дорогостоящее. Да, и радио тоже заберите.
Фрост, пригнувшись, чтобы не закрывать О’Харе линию огня, быстро собрал валявшиеся на земле автоматы и пистолеты. Про себя он отметил, что там были довольно интересные модели, никак не подходившие под классификацию “табельного оружия”.
Вот, например, кольт сорок пятого калибра со съемным деревянным прикладом, обрез какого-то дробовика, спортивный пистолет неизвестной Фросту системы и так далее. Были также три винтовки М—16.
— Может мне их обыскать? — спросил Фрост у О’Хары.
— Да, пожалуй, — согласился тот. — Это хитрые ребята, вполне могли и оставить что-то.
Фрост подошел к агентам ЦРУ и приступил к делу. В результате обыска к куче оружия прибавились две тридцатьвосьмерки и два восьмимиллиметровых люгера.
— Вот теперь, кажется, все, — с удовлетворением произнес Фрост, глядя на трофеи.
Затем он принялся разряжать оружие и разбрасывать по сторонам отдельные детали. Три револьвера положил в свой рюкзак, ибо у него не было времени разбирать их с помощью отвертки.
Из кабины вертолета выпрыгнула Джессика Пейс. На ее лице была довольная улыбка.
— Им придется изрядно обновить свой интерьер, — со смехом сказала женщина.
Фросту понравился ее смех.
— Эй, — рявкнул О’Хара, — я же предупреждал — ничего дорогостоящего не трогать. Это казенная машина и меня еще, чего доброго, заставят платить за нее.
— Не волнуйся, ты за все заплатишь, — процедил агент ЦРУ, мужчина с резким профилем.
— Пошел в задницу, — равнодушно сказал О’Хара и повернулся к Фросту. — Давай сматываться, маэстро.
Фрост — по-прежнему с браунингом и “Узи” в руках — медленно двинулся спиной вперед, не спуская глаза со стоявших возле вертолета агентов Центрального Разведывательного Управления.
Внезапно он увидел, что Джессика Пейс — сжимая в ладони револьвер, отобранный, вероятно, у пилота — целится в мужчину с резким профилем.
— Нет! — крикнул Фрост. — Не надо!
— Эй ты, крошка! — рявкнул О’Хара. — Ну, давай, стреляй и облегчи мне работу. Тогда я смогу спокойно вышибить тебе мозги, и совесть не будет меня мучить.
— Но почему? — воскликнула Джессика. — Они же хотели убить нас, всех троих. Затем они и прилетели. Это ударная группа ЦРУ. Они же ничего знать не хотят, они привыкли только убивать.