Бойня

— Ты хочешь сказать, что положение безнадежно?
— Да, хотя я не собираюсь сдаваться. Будет лучше, если вы посоветуете Агилару-Гарсиа уехать из страны. Однако, вряд ли он послушается.
— Это точно, — согласился Коммачо уставшим голосом, став похожим не на генерала, а на обычного толстяка, загнанного судьбой в угол. — Я понимаю, что вы правы, но ему я этого никогда не скажу. Не имею права. На каком же этапе истории мы проиграли?
— Историк из меня никудышный, — проговорил Хэнк, прикуривая, — но проиграли вы, наверное, потому, что всему миру наплевать на то, что творится у вас в стране. Именно поэтому и мы, наемники, не остаемся без работы.
— А скажи мне честно, амиго, ты сам бы уехал из своей страны? — прямо спросил его Коммачо. — Если бы ты был на его месте.
— Я бы вывез жену и ребенка, а сам бы дрался до последнего, — капитан взглянул на полыхающий в ночи пожар и на деревья, превратившиеся в гигантские факелы. В воздухе слышались пронзительные крики.