Бойня

Президент направился к зданию, а Коммачо приказал оставшимся у ворот никого не впускать.
Генерал и Фрост поспешили присоединиться к президенту, который быстро пересек двор, распахнул дверь и вошел в холл.
— Неплохо живет Санчес, — проговорил капитан, увидев хрустальную люстру, свисающую с потолка.
— Где Санчес? — выкрикнул президент.
— Я здесь, — послышался голос и Фрост тут же вскинул винтовку, увидев, как из двери дальше по коридору показалась фигура полковника.
Президент положил руку на ствол, капитан опустил оружие и отступил назад.
Агилар-Гарсиа шагнул навстречу полковнику, затем повернулся к Фросту.
— Как я вам и сказал, будет мужской разговор. Это наше дело. Больше никого оно не касается.
Капитан покосился на пистолет в безвольной руке Санчеса. Коммачо кивнул ему, и они отошли в дальний угол холла. Агилар-Гарсиа и Санчес остались стоять у дверей кабинета.
— Значит, ты не хочешь сдаться?
— Нет. Окажи мне последнюю услугу — я католик и самоубийство…
— Я понял тебя, — прервал его президент. Полковник зашел в комнату, Агилар-Гарсиа последовал за ним. Через минуту грохнул выстрел. Президент долго не выходил из комнаты и капитану показалось, что из кабинета доносятся всхлипывания.