Камни Фатимы

С неприязненным чувством Али всматривался в лицо визиря и в который раз спрашивал себя, кто же мог положить его к двери. Воровская банда, стремящаяся о чем-то предупредить эмира или повлиять на него силой? Незнакомец, напавший на великого визиря где-то за городом? Некто, кому Али сделал зло или кому не давала покоя его слава при дворе эмира, этакий ревнивый коллега, каких в Бухаре было предостаточно? Или просто злодейка-судьба?
В этот момент Ахмад очнулся. Веки его задрожали, губы зашевелились, и он что-то тихо забормотал. Али наклонился как можно ниже, чтобы лучше разобрать каждое слово.
– Камень… Где же камень? О Аллах, где же камень?
Али положил ему руку на лоб, и Ахмад открыл глаза. Взгляд его блуждал по комнате и наконец остановился на Али. Лекарь видел, как душа великого визиря возвращается из путешествия по миру сновидений, в котором он разыскивал какой-то камень, в реальность. С каждой секундой его взгляд становился все осмысленнее.
– Али аль-Хусейн! – с удивлением прошептал Ахмад. – Где я? Как попал сюда? Что случилось?
– На последние два вопроса я, к сожалению, вряд ли смогу дать вам ответ, досточтимый Ахмад аль-Жахркун, – с улыбкой сказал Али. – Мне известно лишь, что мои слуги нашли вас у ворот. Вы были без сознания и таким образом оказались в моем доме, где я оказываю вам медицинскую помощь. Итак, вы у меня.
– Мне бы хотелось, с вашего разрешения, вернуться во дворец.
– Конечно, – произнес Али. – Я уже отправил во дворец посыльного, чтобы вас забрали. Паланкин вот-вот прибудет.
– Кто дал вам право так самовольничать? – Великий визирь воскликнул с таким гневом, что Али в испуге отшатнулся. – Ну, теперь уже ничего изменить нельзя…
Ахмад сбросил тонкую простыню, которой был накрыт, и поднялся.
Али, разозлившись, наморщил лоб. Однако хотел оставаться вежливым. Если великий визирь не желает принимать его дружеского расположения, придется действовать по обстоятельствам.
– Я позову слугу, который проводит вас до двери. – Али дважды хлопнул в ладоши, и сразу появился мальчик. – Благородный Ахмад аль-Жахркун желает уйти. Проводи его до ворот. И позаботься о том, чтобы его обеспечили новой обувью. – Он вновь обратился к великому визирю: – Ваши шелковые шлепанцы изношены. Вы повредите себе ноги, если пойдете в них обратно.
– Благодарю вас за заботу, Али аль-Хусейн, – с легким поклоном ответил Ахмад. – Да вознаградит вас стократно Аллах за вашу добросердечность.
Али не успел ответить, как великий визирь в сопровождении мальчика уже покинул приемную. Али подошел к окну. Отсюда хорошо просматривалась улица. Он с облегчением вздохнул, когда паланкин с Ахмадом аль-Жахркуном исчез из поля зрения. И все же чувство тревоги не покидало его. Казалось, ничто не могло вызвать у визиря такой вспышки гнева. Али не знал, чем она была обусловлена. В противоположность Нуху II, визирь не имел обыкновения гневаться и делать грубые выпады по отношению к другим. Чем сильнее был гнев эмира, тем быстрее он забывал о нем. Ахмад, напротив, ничего не забывал. Али в задумчивости уставился туда, где только что видел щуплую фигуру великого визиря, и покусывал нижнюю губу. Он оскорбил Ахмада аль-Жахркуна, и за это тот будет ему мстить – рано или поздно, может, даже через несколько лет. Но никогда об этом не забудет.