Мастер силы
3
Емельян Павлович не стал спорить с посетителем. Он никогда и ни с кем не спорил.
“Ай, как нехорошо, — подумал Леденцов, — придётся силу применять к больному”.
— Вы считаете меня сумасшедшим, — сказал Иван Иванович. — Это нормальная реакция разумного человека на слова “спасти Вселенную”. Вам нужны доказательства, причём от лица, которому вы доверяете.
— Вы совершенно правы. Будьте любезны, подготовьте их в письменной форме и передайте моему секретарю. А сейчас…
— А сейчас вы это доказательство и получите. В устной, но весьма убедительной форме.
“Придётся выгонять, — огорчился Емельян Павлович, — ну, Ольга!”
Сию же секунду дверь кабинета распахнулась, и в проёме возникла крашеная головка верной секретарши.
— Вызывали, Емельян Павлович?
— Вот! — воскликнул ненормальный посетитель и хлопнул в ладоши. — Вот вам и доказательство!
Если Ольга и была беременна, то на самом раннем сроке. Среагировала она быстро и адекватно.
— Емельян Павлович, у вас через пятнадцать минут встреча с главой районной администрации.
— Спасибо, — Леденцов поднялся над столом и протянул Ивану Ивановичу руку, — меня очень заинтересовало ваше… сообщение. Значит, договорились: вы готовите обоснование…
Иван Иванович руку принял с радостью и стал её трясти, как кастаньету.
— Какое ещё обоснование вам нужно? Только что вы подумали о своём секретаре — и она немедленно появилась!
Ольга продемонстрировала умение сжимать губы в тонкую, как волос, полоску и двинулась на зарвавшегося посетителя.
— Все-все! — тот явно не собирался упорствовать. — Через минуту меня здесь не будет! Только один вопрос, Емельян Павлович: часто ли сия очаровательная хранительница приёмной (поклон в сторону Ольги) врывается в ваш кабинет без приглашения?
Когда дверь за назойливым Иваном Ивановичем закрылась, Леденцов подошёл к окну и распахнул его пошире. Была ещё не совсем весна, но он любил холод и свежесть, поэтому раму закрывал только в приёмные часы, а работать предпочитал в прохладе. Никакого главы администрации, конечно, не предполагалось, так что Емельян Павлович имел возможность выстудить помещение так, как ему нравилось.
“Надо Олю поблагодарить, — подумал Леденцов, — здорово она меня выручила. Если бы не вошла, пришлось бы самому этого типа вышвыривать”.
На зов селектора секретарша явилась багровая от ярости.
— Что такое? — спросил Емельян Павлович. — Кто-то попытался приставать в служебное время?
— Да этот ваш… Он вообще хам! Знаете, что он заявил напоследок? “Милая девушка! Воздержитесь от секса в ближайшее время, а то ваш шеф обеспечит вам беременность!”
Отношения Емельяна Павловича и Ольги никогда не переходили рамки служебных, чем секретарша всегда гордилась, а Леденцов никогда не тяготился.
— Не переживайте вы так, — сказал он, — это обычный сумасшедший. Вселенную предлагал спасти. Полный отморозок.
— Я тоже хороша, — Оля потихоньку меняла окраску на нежно-розовую, — надо было его сразу подальше отправить. Но он таким убедительным показался. Извините.
— Ничего. И на молодуху бывает проруха.
Секретарша заулыбалась практически безмятежно. Она ценила незамысловатые каламбуры начальника.
— Зато потом, — сказал Емельян Павлович, — вы очень вовремя появились.
— Так вы же позвали.
— Я?
— Конечно! Я ещё удивилась, почему не по селектору, а…
Тут Ольга запнулась и подняла глаза к потолку, пытаясь обнаружить там нужную информацию.
— Вслух? — пришёл на помощь Леденцов.
— Да… кажется.
“Похоже, — подумал Емельян Павлович, — парень из экстрасенсов. Или гипнотизёров”.
— Селектор забарахлил, — пояснил он. — Пришлось повысить голос. Кстати, вызовите ремонтников.
Секретарша облегчённо чиркнула в блокноте.
— Значит, — спросила она скорее утвердительно, — бумаги этого психа можно выкинуть?
— Какие ещё бумаги?
— Он визитку оставил. И пачку чистой бумаги. Там только на первом листе немного написано. Я на черновики возьму, хорошо?
Леденцов — и сам точно не знал почему — попросил:
— А принесите-ка этот лист мне, хорошо?
На странице формата А4 было выведено каллиграфическим почерком:
“Пожелания — Выполнение”
И ниже:
“Мысленное обращение к секретарю — Появление секретаря в кабинете”.
И ещё ниже:
“Не хотите ли продолжить список, уважаемый Мастер?”
4
Сначала Емельян Павлович хотел просто выбросить листок, но персональный черт толкнул его под правую руку, и она сама написала: “Сказал про пирс — Пирс обвалился”. А потом ещё “Нужны были деньги на такси — Нашёл трёшку (зелёную!) в траве”.
Это напоминало логическую игру на ассоциативное мышление. Леденцов незаметно для себя втянулся и несколько часов потратил на то, чтобы восстановить все странные случаи “сбычи мечт” в его жизни. Делал он это, разумеется, не на бумаге, а на компьютере, в электронной таблице. Так было удобнее сортировать события по дате.
Некоторые желания отличались масштабностью и затрагивали интересы многих людей. Например, армейская служба Емели проходила в родном городе, хотя команда из четырёх сотен бритых пацанов должна была отправиться в Электросталь. Леденцову не захотелось уезжать — и остались все четыре сотни. С некоторым удовлетворением и даже гордостью вписывал Емельян Павлович дела амурные. Женщин было в его жизни довольно много, но ни одна из них не доставила ему хлопот: не забеременела, не женила на себе, не заразила какой-нибудь дрянью.
Леденцов откинулся в кресле, вспомнил несколько приятных эпизодов и по-кошачьи потянулся. Облизнулся и перешёл к воспоминаниям о бизнесе.
Бизнес тоже развивался в соответствии с его, Леденцова, пожеланиями. Красный диплом местного филфака открывал перед Емельяном (ещё не Павловичем, но уже не Емелей) двери всех средних школ — с перспективой скорого директорства. Однако он решил по-своему: стал первым в области психоаналитиком. Книг по этой невнятной сфере деятельности Леденцов прочитал немало, просмотрел несколько фильмов и уяснил, что работа вполне ему по плечу. Требовалось только сидеть в мягком кресле и участливо кивать пациенту, который лежит на кушетке и рассказывает, что он интересного видел в детстве, когда мама принимала душ. Карьера местечкового Фрейда была краткой, но максимально успешной. У Леденцова был всего один клиент, Боря Петров, который позвонил и потребовал явиться к нему в офис. Они пять минут поговорили о семейных проблемах клиента, три — о проблемах с подчинёнными, восемь — об идиотизме партнёров по бизнесу.
— Сейчас придёт один, — скривился Боря, — я ему “Макинтоши” хочу втюхнуть, а он упирается. Я ему говорю: “Сейчас только бараны на «ПиСи» работают, у которых мозгов нет”, а он… Задолбался я уже его “лечить”, не могу больше!
Словом, Емельян вызвался провести переговоры самостоятельно и через час принёс Петрову (который нервно пил коньяк в соседнем кабинете) подписанный контракт.
— Так здесь же ни одного “Мака”! — обиделся Боря, изучив договор. — Одни “писюки”!
— По ценам “Макинтошей”, — и Леденцов показал приложение к контракту.
В свой офис психоаналитика он вернулся только затем, чтобы забрать вещи и расторгнуть договор аренды. Переговоры он вёл очень успешно: Емельян Павлович насчитал три десятка договоров, в которых норма прибыли зашкаливала за 1000%. Одной из самых удачных была сделка с бывшим клиентом и нанимателем Борей. Благодаря ей Леденцов стал единоличным владельцем и директором фирмы “Мулитан”.
Всего один раз “Мулитан” оказался в сложной ситуации — в начале 1998 года два городских банка решили монополизировать торговлю компьютерами и оргтехникой. Подкармливая дочернее шарашкино ООО кредитами, банкиры едва не выдавили Леденцова с рынка. Честно сказать, уже и выдавили. Емельян Павлович распродал остатки, перевёл все средства в наличные доллары и объявил подчинённым, что с сентября фирма прекращает существование.