Сталин: операция «Эрмитаж»
РУБЕНС – продано четыре, осталось шестьдесят три.
ТИЦИАН – продана одна, осталось две.
ТЬЕПОЛО – продана одна, осталось две.
Тридцать четыре бесспорных шедевра…
Именно их и лишился Эрмитаж: полностью утратил творения Дирка Боутса и Яна Ван Эйка, в значительной степени – Сандро Боттичелли, Диего Веласкеса, Пьетро ди Кристофоро Ваннуччи по прозвищу Перуджино, Рафаэля Санти, Тициана Веччелио ди Кодоре, Харменса Рембрандта Ван Рейна, Джованни Баттиста Тьеполо.
Потеря тяжелейшая, невосполнимая. И понесена она практически в итоге всего лишь двух продаж – Гульбенкяну и Меллону.
А что же страна получила взамен?
За все произведения искусства и реликвии старины, проданные в течение шести лет, включая и шедевры, Внешторг получил приблизительно 25 миллионов золотых рублей, или 12, 5 миллиона долларов – возможно, несколько больше. Но все-таки он не сумел выполнить свое опрометчиво данное обещание – принести в казну государства только за счет экспорта антиквариата 30 миллионов золотых рублей.
Так был ли какой-либо смысл в этих распродажах?
Если просто подсчитывать выручку, сравнивать доход от продаж музейных ценностей с прибылью, которую дал вывоз нефти и золота, леса и платины, хлеба и пушнины, то следует признать: безусловно, экспорт антиквариата никак не оправдал возлагавшихся на него надежд.
Но можно оценить сделанное Внешторгом и по-иному.
Да, картины старых мастеров, фарфор и бронза, мебель и гравюры, рисунки и монеты, медали дали Советскому Союзу чуть больше одного процента всего дохода от внешней торговли. Однако эта на первый взгляд ничтожная сумма получена была в самые трудные для страны годы. Тогда решалась судьба индустриализации. Слова Сталина: «Мы отстали от передовых стран на 50 – 100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут», – были произнесены в феврале 1931 года.
Через десять с половиной лет началась Великая Отечественная война. Германия напала на Советский Союз – и не в одиночку, как то было в 1939 и 1940 годах, когда вермахт за считанные недели сокрушил Польшу, Норвегию и Данию, Францию, Бельгию, Нидерланды и Люксембург, вынудил британские войска поспешно бежать с континента. 22 июня 1941 года на Советский Союз обрушилась мощь всей покоренной нацистами Европы. Армии Третьего рейха и Италии, Финляндии, Румынии, Словакии, Хорватии, «добровольческие» легионы Норвегии, Нидерландов, Бельгии, Франции, даже формально нейтральной Испании.
Гитлер и его генералы самоуверенно полагали: война будет молниеносной, как и в Европе. До начала зимы германские войска непременно выйдут на линию Архангельск – Астрахань, отторгнут, включив в состав Третьего рейха, Прибалтику и Белоруссию, Украину и Закавказье. А затем на советскую территорию вторгнутся японцы, захватив Дальний Восток, Забайкалье, Восточную Сибирь. И СССР будет раздавлен, уничтожен, прекратит существовать.
Гитлер и его генералы просчитались.
Красная армия устояла: остановила врага у стен Ленинграда и Москвы, разгромила в Сталинграде и на Курской дуге, изгнала со своей земли, из Восточной Европы, добила в Берлине. Над рейхстагом было водружено алое знамя.
Советский Союз победил потому, что за довоенные годы сумел, сразу же расплатившись со всеми внешними долгами, выполнить, пусть и не полностью, план индустриализации. Только благодаря тому была модернизирована слабая, предельно отсталая оборонная промышленность, созданы ранее не существовавшие отрасли – танковая, авиационная.
Во имя этого народ не только героически трудился, но и шел на невиданные жертвы, отказывая себе буквально во всем.
Одной из таких жертв и стал экспорт антиквариата – не ради чьих-то корыстных интересов, а ради того, чтобы успеть возвести металлургические комбинаты, заводы искусственного каучука, станкоинструментальные, моторостроительные, а уже на их базе – предприятия по производству танков, авиации и артиллерии, боеприпасов. Для этого и пришлось продать тысячи произведений искусства, исторических реликвий, в том числе и мировые шедевры.
Но страну спасли, сохранили. А вместе с ней спасены были и музеи с миллионами экспонатов, с сотнями мировых шедевров. Мы пожертвовали малым, дабы сохранить все остальное.