Цена свободы
Женщина довольно прикрыла глаза. Тимса тут же освободили, увели в лачугу травницы.
— Раздели с моим народом хлеб и вино, — приглашение дайарены больше походило на приказ. — А я должна поговорить с духами, — по ее знаку «паж» метнулся к коновязи.
Хлеб и вино были просто символами — под навесом раскинулся богатый стол. Кусок не лез Але в горло. Казалось, весь поселок рассматривает их как диковинных зверюшек. Девочка злилась, но молчала — даст бог, все обойдется. За исключением настырных взглядов, хозяева гостям не досаждали. Несколько воинов расползлись по серым шкурам, рассеянно жевали мясо и казались больше обеспокоенными отлучкой дайарены. Видно, занимать гостей разговорами не в обычае горного племени.
— А мы послали в поселок Даня, — с горечью вспомнил Рик, обращаясь к ведуну.
— Там бы все обошлось, редко в каком племени есть дайарена. А те, кто потерял свою дайарену, лишились права на покровительство духов, а значит, и на жертвоприношение. Не будь ее тут, вас бы допросили да отпустили с миром.
— Да кто такая эта дайарена? — раздраженно спросила шепотом Сима.
— Древний род, передающий дар по наследству. По силе они намного превосходят ведунов, но уступают дридам, — пояснил Талем. Он был рассеян и порой проводил рукой по шее, словно пытаясь найти шнурок от пропавшего мешочка. — Но род умирает, вряд ли во всем мире найдется хотя бы четыре дайарены. Почитаете потом в книгах сами, — торопливо закончил ведун, заметив, что вождь прислушивается к его словам.
Из хижины травницы вышел Тимс, нерешительно приблизился к навесу:
— Тэм, я... — начал он, и Аскар перебил:
— Сядь. Потом.
— Как там Влад? — спросила Аля. Талем не разрешал выходить из-под навеса, опасаясь, как бы они по незнанию не нарушили какой-нибудь запрет.
— Травница чем-то отпаивает. Говорит, что скоро отпустит, — Тимс с жадностью набросился на еду.
— Как это вам тэм мечи отдал? — шепотом поинтересовался Алешка у Славки.
Сима коротко усмехнулась, Славка дипломатично отозвался:
— Поверил, наверное.
Аскар громко хмыкнул, не отрываясь от большого куска мяса. Славка заговорил тише, Аля не слышала о чем, да и предназначалось это скорее Алешке, а не всем присутствующим.
Дайарена вернулась, когда до заката оставалось не так уж много времени. Легко спрыгнула с коня, приблизилась гостям.
— Был ли мой народ достаточно гостеприимен? Если вам что-нибудь нужно — говорите сейчас!
Талем приготовился произнести вежливо-благодарные слова, но его перебил Славка:
— Нужно! Скажите, как можно найти амулет дрида, да и самого дрида?
Дайарена удивленно вскинула брови, Аскар нахмурился.
— Я объясню тебе, дайарена, — вмешался Талем и быстро пересказал историю ребят.
Женщина села рядом с ведуном, задумчиво погладила перья в накидке. Свела темные, красиво очерченные брови, словно взвешивая про себя: говорить или нет? Решилась:
— Вряд ли я помогу вам. Найти дрида можно только тогда, когда он сам захочет этого.
Аля в отчаянии посмотрела на дайарену. Что же — никакой надежды?! Никакой?!
— Могу подсказать, где искать его следы: в корнях, сердце и разуме.
— А это что значит? — заинтересовался Талем.
— Дрид выходит из рода человеческого, а значит, есть дом, где он родился — это его корни. Каждый, осознавший себя дридом, уходит, чтоб взрастить свои силы подальше от людей, и живет несколько лет в уединении — там его сердце. А разум — в его айремах. Не знаю, как это называется у дридов. Для нас айрем — место, где мы постигаем природу мира.
— В его лабораториях, — подсказал ведун.
— Может быть, — благосклонно наклонила голову дайарена.
Аля растерянно посмотрела на ребят. Если даже эта старая ведьма не может помочь... Где они будут искать? В каком княжестве?
— А амулет? Амулет дрида? — не сдавался Славка.
— Амулет — это только название. Вовсе не он заставляет дрида исправлять совершенное, а сила, заключенная в нем.
— Есть разница? — тихонько буркнула Аля, но женщина ее услышала.
— Есть. Амулет — он сам по себе, а силой его надо наполнить, — дайарена отвернулась к ведуну. — Вам придется покинуть мой народ еще до заката, сегодня ночью я буду проводить обряд, — усмехнулась, достала нож. — Твою любовь еще нужно поймать. Наклони голову.
Талем послушно склонился, и дайарена выхватила прядку седых волос. Бережно завернула в обрывок шкуры, спрятала в складки одежды.
— Я благодарна тебе, ведун, ты помог не навлечь на мой народ проклятье, — спокойно закончила женщина.
— Мы сейчас уедем, спасибо и тебе.
Тимс чуть слышно хмыкнул и потер запястья.
— Не сейчас, — покачала головой женщина. — Я приглашаю вас в мой айрем. Тебя, ведун, и вас, чужаки. Мой долг перед вами еще не выполнен.
Рик с завистью глянул на ребят.
— А Влад? — тихонько напомнила Аля.
— Мы зайдем к Айке.
Травница впустила только дайарену и Талема. Ребята остались у хижины, увешанной пучками засушенных трав. Из-за полога тянуло горьковатым запахом, и Тимс поморщился — видно, вкус у лекарства был не менее мерзкий, чем запах. Аля прислонилась к плетеной стенке, из головы не выходили слова: «Найти дрида можно только тогда...»
Ведун вышел.
— С ним все будет в порядке, — успокоил ребят. — Тимс, зайди к нему.
Дайарена привела всех к белой хижине, «паж» откинул перед гостями полог. Аля вошла следом за всеми и удивленно ахнула: внутри помещение оказалось намного больше, чем казалось снаружи. Потолок поднимался на несколько метров, а площади с лихвой хватило бы на двухкомнатную квартиру. Обставлена круглая комната была достаточно просто, но так, чтобы хозяйка чувствовала себя уютно: сложенный посредине очаг из белых камней окружали маленькие подушечки, разбросанные по рыжей шкуре. В углу за полузадернутой занавесью — пышная постель, и Аля с восхищением рассмотрела узорчатый плед, сшитый из множества разноцветных кусочков меха. Плетеные корзины, полные шкур и разноцветных тканей, стояли открытыми, только на крышке одной из них грудой лежали пергаментные листы. Дайарена пересекла комнату и откинула гобелен: там оказалась еще одна, что было совершенно невозможно, — ведь хижина-то снаружи — круглая.