Цена свободы
Лера подумала, что ведун и сам не понимает причину смерти тэма, но вынужден говорить уверенно, чтобы не повредить своей репутации. Ее обвинить не рискнет — ничего криминального не увидел, а голословно — слишком опасно, мало ли как всплывет эта история, да кто проверит Леру. А так все чисто, не подкопаешься.
— Иди, — велела Фло, и Лера послушно поплелась на кухню.
От расспросов Минки отмахнулась, послушно принялась мыть посуду. Как же так получилось, что Лерино желание исполнилось? Ладошки уже не горели, а просто чесались. И это лишний раз убеждало, что именно она убила Вилла. Но почему-то ужаса от содеянного девочка не испытывала. Умом понимала, что человек мертв — плохой ли, хороший — но Лера не вправе лишать его жизни. «Я убийца», — подумала она, но даже это не взволновало. В душе ворочался белый туман.
Внешне девочка оставалась абсолютно спокойной. Привычно помогла Барбе с ужином, присмотрела за Машкой. Вот только на Антона не взглянула, хоть тот и крутился поблизости. Его навязчивость казалось неприятной, точно отголосок дыхания Вилла.
За столом Минка хотела рассказать о происшедшем — Лера болезненно поежилась внутри. «Не болтай!» — прикрикнула Фло, и девушка примолкла. «Все равно разболтает», — подумала Лера. Она оказалась права: в тот же вечер о случившемся узнали все. Впрочем, особого ажиотажа история не вызвала: какое дело рабам до умершего тэма? И до девчонки, которой хозяин распоряжается по собственному усмотрению?
…Маша затихла, в коридоре ни звука, только доносится густой храп. Лера выскользнула из комнаты: очень хотелось еще раз вымыть руки. И наткнулась за дверью на Антона. Мальчик явно ждал ее, терпеливо подпирая косяк плечом.
Лера молча прислонилась к стене напротив, показывая, что готова его выслушать, но сама разговор не начнет. Лицо Антона тонуло в полумраке, и не получалось разглядеть его выражение. Помолчали.
— Ты как? — наконец сказал мальчик.
— Нормально.
Еще помолчали. Лера пошевелилась, собираясь уйти, и Антон торопливо спросил:
— Я тебе больше не нужен?
Горечь поднялась волной, затопила горло, осела неприятным налетом во рту — Лера даже поморщилась. Ей так был необходим кто-то, кто пожалел бы, с кем можно поговорить — не о происшедшем, а об обыденных, простых вещах.
— Нет, — Лера оторвалась от стены и пошла в сторону умывалки.