Война в небесах

Это положит начало страшной четвертой фазе. Через много сотен или тысяч Лет (к тому времени Хануман пытками вырвет у агатангитов тайну бессмертия) решится судьба триллионов рингистов, которых он обещал сделать богами. Вместо этого он увлечет их в черную пучину смерти. Это будет величайшим предательством в истории человечества, а может быть, и в истории вселенной. Ибо Хануман задумал не что иное, как истребление всего человеческого рода.
И не только его, а всего живого вообще: всех людей, инопланетян и животных в пределах Млечного Пути. Он сделает это потому, что больше не будет нуждаться ни в чьей помощи, а еще из сострадания, желая избавить свои жертвы от грядущего ужаса.
Этим ужасом будет уничтожение звезд, превращение их в свет — с тем, чтобы позднее погасить свет во всей галактике.
Гибнущие звезды, превращенные в немыслимо жаркие плазменные печи, отдадут свой водород и гелий для производства лития, кислорода, кремния, железа и прочих элементов материальной реальности. Эти элементы Хануман использует для строительства новых долей Вселенского Компьютера: ведь материя вселенной большей частью заключена в звездах.
Рассылая рои своих кораблей с моррашарами, как саранчу, он уничтожит звезды Рукавов Стрельца и Ориона одну за другой, один десяток тысяч за другим. Свою физическую персону он к тому времени эвакуирует в безопасное место — возможно, на одну из Земель, созданных в Экстре Богом Эде, или на новую планету, которую сам создаст на краю галактики, близ Магелланова Облака. Ибо он тогда не только в мечтах, но и в действительности станет величайшим из галактических богов и будет распоряжаться всеми звездами от ядра до Двойной Айвори по своему усмотрению.
Все прочие боги галактики — Твердь, Химена, Ямме, Чистый Разум, Кремниевый Бог, Дегульская Троица, а может быть, и Мэллори Рингесс — погибнут при взрывах сверхновых, если не в первой волне, то во время цепной реакции, которая охватит плотные звезды ядра и зальет смертельным светом весь центр галактики. Этот свет дойдет до всех последних представителей человечества, еще существующих в своих естественных и искусственных мирах, и положит конец великому галактическому приключению хомо сапиенс, которое началось на Старой Земле много тысячелетий назад. Он уничтожит также миллионы долей Вселенского Компьютера, расплавляя многомильные оптические схемы и превращая в пар лунные мозги.
Но роботизированные корабли Ханумана пойдут следом за этой разрушительной волной, выпуская в облака светящейся пыли рои микросборщиков. Доли Вселенского Компьютера будут строиться заново и соединяться со старыми сверкающими потоками тахионов. Бесконечно сложные переплетения свяжут каждую часть этой богоподобной машины со всеми другими. И когда-нибудь, этак через десяток миллионов лет, вся галактика превратится в облако из триллионов мозговых долей с алмазным покрытием, представляя собой один огромный, черный, блестящий компьютер.
И тогда на пятой, финальной стадии своей шайды Хануман обратит свой льдисто-голубой взор через бесконечную космическую пустоту к другим галактикам. Свершив то, о чем немногие боги отваживались даже помыслить, создав, вероятно, самый крупный и концентрированный интеллект во вселенной, он взрастит в себе гордыню величиной с сам Вселенский Компьютер. Теперь между ним и осуществлением его мечты не будут стоять ни другие боги, ни что-либо иное. Потенциальный бог по имени Мэллори Рингесс давным-давно доказал, что между любыми двумя звездами вселенной существует прямой маршрут, и любой космический корабль способен пройти этот маршрут в пространстве-времени. Вычислить такой маршрут, конечно, очень и очень трудно, а если речь идет о звездах разных галактик — практически невозможно. Ни одному из пилотов Ордена так и не удалось выйти за пределы Млечного Пути, даже в ближние галактики.
Но Вселенский Компьютер преодолеет ограничения человеческой математики. Он со своей почти бесконечной вычислительной мощью откроет маршруты между звездами Магелланова Облака (теми несколькими миллионами, которые Хануман оставит нетронутыми) и звездами Льва, Скульптора, Андромеды и всех прочих галактик Местной Группы. А Хануман отправит к этим далеким звездам миллионы моррашаров и кораблей с разрушителями и сборщиками.
По каждой из двадцати галактик Местной Группы он пустит такую же волну разрушения, как и по Млечному Пути, — но будет и созидать. Вселенский Компьютер, как черный зловещий кристалл с почти неограниченными размерами, будет разрастаться все дальше, поглощая темную материю, космические лучи, остатки квазаров, туманностей и голубых звезд-гигантов.
Хануман не может знать, сколько времени ему понадобится, чтобы занять три миллиона световых лет от карликовой галактики Анур до Треугольника — но тогда, в невероятно далеком будущем, терпение Ханумана станет почти бесконечным, как и его власть.
Когда-нибудь Вселенский Компьютер неизбежно начнет поглощать целые скопления галактических групп. Всю материю от облака Гончих Псов до облаков Павлина и Кита он превратит в свои составные части. Он съест тысячи галактик: кольцевые, и эллиптические, и красивые спирали, подобные Млечному Пути. Даже редкие сейфертовы галактики, чьи ядра излучают сильный голубой и ультрафиолетовый свет, он разгрызет, переварит и вберет в себя. Жертвой программы его разрастания падет скопление Журавля, и скопление Девы на расстоянии семидесяти миллионов световых лет, и все другие скопления Местного Сверхскопления.
Сверхскопления подобны сверкающим узлам в длинной нити галактик, из которой ткется великолепный ковер вселенной. Когда Вселенский Компьютер разорвет сверхскопления Волос Вероники, Рыб и Геркулеса, ткань начнет распускаться — а все они находятся в миллиарде световых лет от того, что останется к тому времени от некогда прекрасного Млечного Пути. Вселенский Компьютер будет расти все дальше и дальше, пока не поглотит и не присвоит себе всю вселенную. И когда-нибудь, через много миллионов лет, во вселенной не будет больше ничего, кроме этой единственной кристаллической машины и бога по имени Хануман ли Тош.