Трубка снайпера
А время бежит и бежит
Сейчас у Номоконова целая коллекция курительных трубок. Сородичи-тунгусы, а также друзья-буряты, навещающие его, просят принять в подарок, а иногда незаметно для хозяина «забывают» свои курительные трубки — самые лучшие и самые дорогие. Как-то получил Семён Данилович небольшую посылку из Монгольской Народной Республики и, раскрыв её, опять ахнул. На дне ящичка, среди скромных подарков, лежала изящная полированная трубка с изображением всадника на остове. Свою курительную трубку с плавным остовом прислал бывшему снайперу старый ленинградский рабочий Семён Владимирович Остряков. Долго любовался Семён Данилович и «капитанской трубкой» с якорем на колпачке — её прислали моряки с Н-ского крейсера Тихоокеанского флота. Со станции Шилка прислал в подарок Номоконову свою курительную трубку участник гражданской войны, бывший красный партизан Н. И. Забелин. Из Кемерово пришла трубка от бывшего солдата А. Белкова. О человеке с героической жизнью прослышали и китайские студенты, проходившие некоторое время тому назад практику на одном из рудников Забайкалья. Тоже большой крюк сделали— навестить приехали бывшего снайпера. А когда прощались, приложили руки к сердцу и протянули фарфоровую трубочку, поклонились. «Герою освободительного похода в августе 1945 года, — написано на ней тушью иероглифами. — От друзей». Семён Данилович иногда покуривает из этой трубочки, хитровато щурится, любуется дорогим подарком. Нет, не стираются на ней иероглифы об освободительном походе, въелись они в фарфор, не сгорят. Однажды выпала эта трубочка из рук бывшего снайпера — о чём-то задумался, видно, он. Да только не разбилась. Поднял её Почётный солдат, погладил своими крючковатыми пальцами, обожжёнными разрывной японской пулей на Хингане.
Некоторые трубки переданы им в музеи. «Трубка мира», к примеру, в которую входит полстакана табака, передана в школьный музей с. Зугалай.
Шлют и шлют люди трубки герою-солдату. Не искурить их, конечно, а на сердце так хорошо. Ему понятен смысл этих подарков.
Номоконов и сейчас помогает колхозным строителям: делает ульи, рамы для парников. А вечерами он долго смотрит на север, в синеющую даль, где чуть заметён горный хребет, покуривает трубку, вспоминает боевую молодость и ждёт писем от людей, которых всегда любил.