Башня Мозга
Потолок коснулся спины Надеждина, и вместе с этим прикосновением он обрел какое-то странное спокойствие.
Послышался еле уловимый свист, и все три космонавта каким-то шестым чувством догадались, что опасность миновала.
Еще не веря предчувствию, они подняли головы и увидели, что потолок уже возвратился на то место, где он был каким-нибудь получасом раньше.
Несколько секунд космонавты молчали, не в силах подняться. Но вот странные зыбкие мгновения прошли, и горячая, буйная радость возвращения к жизни захлестнула экипаж «Сызрани».
— Ну что? — торжественно крикнул Густов. — Чей горб спас вас?
— Твой, твой, Володя, — согласился Марков. — Это ты напугал их, став на четвереньки.
Лицо Надеждина медленно расплывалось в неудержимой улыбке. Командир «Сызрани» сгреб в охапку товарищей и даже попытался приподнять их над полом.
— Хватит, Коля, — крикнул Марков, — подумай о командирском авторитете!
Надеждин отпустил товарищей на землю, и в ту же секунду открылась дверь и в зал вошел робот. Он подошел к космонавтам, внимательно осмотрел их передней парой огромных глаз и протянул руку Густову.
— Очень приятно, — сказал Густов и, в свою очередь, протянул руку.
Робот обхватил ее своей клешней, и Густов скривился от боли. Он попытался выдернуть руку, но не мог.
— Эй, — проговорил космонавт, — поосторожнее!
Но робот, казалось, не обращал на его движения и возгласы ни малейшего внимания.
Он оттащил Густова на несколько метров от товарищей, и вдруг тот закричал. Лицо его исказилось. Он поднял свободную руку, чтобы оттолкнуть от себя голубовато-белое существо, но и его вторая рука оказалась захваченной клешней робота.
В то же мгновение Надеждин, а за ним и Марков бросились на робота, осыпая его ударами и пытаясь свалить с ног, но он, казалось, даже не замечал их. Он был массивен и, по всей видимости, обладал огромной силой. Надеждин схватил его двумя руками за шаровидную голову, попытался отогнуть ее, но не смог.
— Бросьте, хватит, — хрипел Густов.
Так же неожиданно, как вошел, робот разжал свои клешни, повернулся и преспокойно вышел из зала.
Космонавты долго смотрели ему вслед. Страх за товарища и ярость короткой схватки медленно уходили, оставляя за собой глубочайшее изумление.
Все еще прерывисто дыша, Марков сказал:
— Чего ждать теперь? Начнет подниматься пол? Или сжиматься стены? Или робот начнет обнимать нас по очереди?
Густов молча пожал плечами, растирая вспухшую ладонь.