Одинокий остров

– Вот показался остров. Это, наверно, Такэтоми, – сказал С.
– Где? – воскликнул я радостно, потому что от Такэтоми до Исигаки минут десять ходу. – Как быстро добрались!
– Это Куродзима, а до Такэтоми еще идти и идти, – бросил через плечо помощник капитана.
Я сник, и на душе у меня стало скверно, вспомнилась песня переселенца, которую пел нам О. На Куродзима у него жена, дети. А с Носоко даже в погожий день родной остров, пожалуй, не виден. Человек томится на проклятой земле, обреченный на гибель, но, по-моему, пронзительная печаль этой песни – в образе бездонного, бескрайнего моря, которое разлучило несчастного с семьей. «С Окинавы на Микои…» Жителей островов больше всего в жизни страшила безжалостная морская пучина. В этих краях море рождает неравенство между людьми, обрекает на разобщенность и одиночество, как карликовых кошек острова Ириомотэ. Кто знает, может, жизнь на глухом острове накладывает свой отпечаток на человека? Поэтому-то крестьяне с Такэтоми не желали селиться на Ириомотэ, хотя и ценили его за плодородие.
Воображение нарисовало мне морское дно, миллионы лет назад погрузившееся в двухсотметровую толщу воды…
Мы снова взлетели на гребне волны и устремились вниз. Меня охватило неприятное чувство, будто я лечу в бездну, и в то же время мне захотелось хоть одним глазком взглянуть на морское дно. В тот же миг волна словно опрокинула нас, и небо вскипело пеной, как струи водопада при ударе о землю. Объятый ужасом, я уже не мог ни о чем думать.