Муми-тролль и комета
Древесные духи спрятались в своих жилищах, а фрёкен Снорк уснула с зеркальцем в лапах.
Наконец песни смолкли, и на лужайке стало тихо. Светлячки погасли, начало медленно-медленно светать.
Глава десятая
Пятого октября не пели птицы, а солнце светило так слабо, что его едва было видно.
Зато комета над лесом выросла до размеров колеса и была окружена огненным венцом. У Снусмумрика пропала всякая охота играть.
Он шёл молча и размышлял. «Таким мрачным я давно уже не бывал, — думал он. — Понятно, после большой пирушки всегда бываешь чуточку не в духе, только сейчас это что-то другое. Противно, когда в лесу нет никаких звуков, а солнце какое-то серое».
Другие тоже почти не разговаривали. У Сниффа болела голова, и он всё время скулил.
Они шли напрямки к долине, не жалея натруженных танцами ног. Лес постепенно редел, и вот перед ними открылись пустынные песчаные дюны. Мягкие холмы песка и опять песка, да кое-где сизовато-серые пучки дикого овса.
— Я что-то не чую запаха моря, — сказал Муми-тролль и потянул носом воздух. — Уф, как жарко!
— Может, это пустыня? — высказался Снифф.
Брести по рыхлому песку то в горку, то под горку было тяжело, дюны шли одна за другой.
— Смотрите! — воскликнул снорк. — Вон хатифнатты!
Вдали по дюнам двигались маленькие вечные странники, устремив к горизонту застывшие взгляды.
— Они идут на восток, — сказал Снорк. — Не лучше ли последовать за ними? Ведь они по себе чувствуют, куда надо.
— Нет, нам надо на запад, — сказал Муми-тролль. — Долина там.
— Как хочется пить! — хныкал Снифф. Ему никто не отвечал.
Усталые и унылые потащились они дальше.
Мало-помалу дюны становились всё ниже. Вот путешественники пересекли пояс морских водорослей, мерцавших в красном свете кометы. Вот они прошли по мелкой гальке и…
— Боже мой! — сказал Муми-тролль.
Они стояли рядком друг возле друга и смотрели.
Там, где должно было быть море — море с мягкими синими волнами и бегущими по нему парусами, — там зияла теперь громадная пропасть. Где-то на огромной глубине клокотало, оттуда поднимался горячий пар и странные едкие запахи. Прямо под ногами берег срывался вниз, в пропасти с острыми краями, и дна их не было видно.
— Муми-тролль, — слабым голосом сказала фрёкен Снорк. — Неужели море высохло?
— А рыбы как же?.. — прошептал Снифф.
Снорк достал свою тетрадь и принялся что-то быстро строчить.
А Снусмумрик сел, подпёр голову лапами и запричитал.
— Ах, прекрасное море! Нет его! Пропало! Не ходить нам больше под парусами, не купаться, не ловить больших щук! Нет больше яростных бурь, нет прозрачных льдов, нет мерцающей ночной воды, в которой отражаются звёзды!
Он уткнулся головой в колени и не хотел больше глядеть на белый свет.
— Но ведь нам надо на ту сторону, — сказал Снорк. — Обойти эту пропасть до послезавтра мы не успеем!
Все молчали.
— Давайте проведём собрание, — продолжал Снорк. — Назначаю себя председателем. Какие у нас есть возможности?
— Перелететь, — сказал Снифф.
— Не валяй дурака, — сказал Снорк. — Предложение отвергается единогласно. Кто дальше?
— Перейти, — сказал Муми-тролль.
— Ты глуп, — сказал Снорк. — Мы будем проваливаться в каждую дыру и захлебнёмся в грязи, Предложение отвергается.
— Тогда предложи что-нибудь сам, — сердито сказал Муми-тролль.
В эту минуту Снусмумрик поднял голову.
— Ходули, — сказал он.
— Ходули? — переспросил Снорк. — Предложение…
— Это хорошее предложение, — поспешно сказал Снусмумрик. — Помните, я рассказывал вам о вулкане? Раз можно пройти через огонь, то и через воду можно пройти. Вы только подумайте, какие шаги можно делать на ходулях!
— Но ведь это, наверно, ужасно трудно, — сказала фрёкен Снорк.
— Придётся поупражняться, — сказал Снусмумрик, заметно взбодрившись. — Дело только за ходулями.
Прежде, когда море выбрасывало на берег обломки разбитых кораблей, тут был залив и повсюду лежали брёвна, свитки берёсты и тростник. Сделать из этого ходули не составляло никакого труда, стоило найти какую-нибудь морскую веху, черенок от метлы, флагшток или остатки трапа.
— Смотрите, что я нашла! — весело воскликнула фрёкен Снорк. — Гладенький берестяной свиток и бутылку с позолоченным горлышком, прямо из Мексики!
— Так-так, — сказал её брат. — А теперь соберись с духом — и на ходули!
Скоро выяснилось, что наибольшим талантом в этом искусстве обладает фрёкен Снорк. Она с опасностью для жизни раскачивалась на ходулях, но ни разу не потеряла равновесия; она всё время пищала, но была намного отчаяннее других. Казалось, будто она исполняет на ходулях какой-то фантастический танец.
Снусмумрик уверенно прохаживался перед ними и давал указания.
— Шире шаг! — кричал он. — Сохранять самообладание! Не забывайте о равновесии и смотрите не ступайте в грязь, не то завязнете и кувырнётесь носом… Ну что ж, отправимся? Уверены вы в своих силах?
— Нет ещё! — крикнул Снифф, опасливо косясь на бездну. — Мне ещё надо чуточку, совсем чуточку подучиться…
— У нас нет времени! — сказал Снорк.
Один за другим, с ходулями под мышкой, они стили спускаться в бездну. Они оступались и оскользались на склизких морских водорослях и насилу различали друг друга сквозь пар.
— Держитесь вместе! — кричал Снусмумрик. — Осторожней!
Мало-помалу склоны стали более пологими, и перед ними открылось мёртвое морское дно. Выглядело оно плачевно.
Все красивые водоросли, которые раньше гордо колыхали кронами в прозрачной зелёной воде, лежали теперь чёрные и распластанные, а в немногочисленных лужах жалко трепыхались рыбы.
Повсюду задыхались в песке медузы и разная мелкая рыбёшка. Фрёкен Снорк носилась по дну и сталкивала их в ямы, заполненные водой.
— Вот так, вот так, — приговаривала она. — Сейчас вам сразу станет хорошо…
— Золотко моё, — сказал Муми-тролль, — мне очень жаль, но мы не можем спасти всех рыб.
— Да, но нескольких-то можно, — вздохнула фрёкен Снорк. Затем встала на ходули и последовала за остальными.
— Здесь совсем как в том краю с горячими ключами, — сказал Снусмумрик, вглядываясь в туман. Комета сквозь водяной пар казалась необычайно большой; она то вспыхивала, то тихо мерцала.
— Здесь дурно пахнет! — заныл Снифф. — Помните, вы делаете это на свою голову!
Словно маленькие длинноногие насекомые, они всё дальше уходили в глубину моря. Местами прямо из песка вздымались громадные чёрно-зелёные скалы. Их вершины прежде были маленькими островками или шхерами, куда выезжали прогулочные лодки и вокруг которых плескались в воде ребятишки.
— Никогда больше не буду купаться на глубокой воде, — содрогаясь, сказал Снифф. — Подумать только что всё это было у меня под животом!
И он заглянул в чёрную расщелину, всё ещё полную воды, в которой кишела таинственная жизнь.
— Но ведь это почти красиво, — неуверенно произнёс Снусмумрик. — К тому же одно сознание, что никто ещё не был тут до нас…
— Смотрите! — вдруг закричал Снифф. — Сундук! Сундук с драгоценностями! Откопаем?
— Не тащить же его с собой, — сказал Снорк. — Пусть лежит. Мы наверняка найдём что-нибудь почище, пока будем идти по дну.
Они проходили среди острых чёрных скал и были вынуждены двигаться очень осторожно, чтобы ходули не застряли. Внезапно в туманной мгле завиднелось что-то страшно огромное и уродливое.
