Непорочная

— Сколько же наркотиков вам дали? — спросил Адриан. — Что именно они вам давали?
Фейт пожала плечами.
— Много-много крошечных таблеток.
Он внимательно посмотрел на нее и проговорил:
— Эти глупые доктора сами не знают, что делают. — Тут машина тронулась с места, и Фейт, тихонько вздохнув, прижалась к Адриану и закрыла глаза.
В дороге она задремала. Когда же машина остановилась, открыла глаза и посмотрела на мужчин. Адриан молча улыбнулся ей, а Сезар, взглянув на брата, проговорил:
— Пойду спрошу маму, какую кровать можно занять. «Почему он не ко мне обратился? — подумала Фейт. — Словно меня здесь нет. Надо ли сказать, что я не намерена… «
Тут Адриан снова подхватил ее на руки, и у нее пере хватило дыхание; она вдруг почувствовала себя совершенно беспомощной — во всяком случае, слишком слабой для того, чтобы протестовать.
«Все-таки надо сказать ему, что я должна ехать домой, — думала Фейт, прижимаясь щекой к плечу Адриана. — И хорошо бы… иметь две головы, чтобы можно было при жаться к нему и другой щекой. Две головы?.. Но у меня, кажется, с одной-единственной не все в порядке».
— Так уж случилось, — говорил кому-то Адриан. — Очаровательная женщина оказалась совершенно беспомощной, и пришлось привезти ее сюда.
Фейт зевнула и пробормотала:
— Можно было бы и в мотель… Почему вы не отвезли меня в мотель? Провели бы там еще одну ночь.
— Я напомню вам об этом, когда вы проснетесь. Хотите поиграть в доктора?
«У него чудесная улыбка», — подумала Фейт. Ее глаза были закрыты, и она не видела лица Адриана, но ей казалось, что он улыбался.
— У докторов холодные руки, — проворчала Фейт. — Они словно инопланетяне.
Адриан усмехнулся и опустил ее на постель.
«Да, у него чудесная улыбка, — думала Фейт, — и чудесная грудь, к ней так приятно прижиматься… Но куда же он?.. Неужели уходит? «
— Вам надо как следует выспаться, — сказал Адриан. — А мне… общаться с копами гораздо легче, чем выдержать допрос, который мне предстоит.
Фейт услышала, как закрылась дверь, и невольно улыбнулась. «Неужели взрослый мужчина, к тому же адвокат… неужели он боится свою мать? Что ж, это очень даже не плохо. Еще немного, и он начнет мне нравиться… « — думала она, погружаясь в сон.
— Просыпайтесь, просыпайтесь, мы должны убедиться, что с вами все в порядке, — пропел веселый голос, и кто-то прикоснулся к ее плечу.
Фейт моргнула и взглянула в темные глаза с длинными ресницами, такими же, как у Адриана.
— Вот и хорошо. Вы проснулись. Я принесла вам не много гаспачо, это гораздо вкуснее, чем больничная еда, которой бы вас кормили, если бы вы там задержались.
Фейт приподнялась. «Белинда, — подумала она. — У Адриана есть сестра по имени Белинда. Она — на букву „б“, вторая по счету».
У Белинды были такие же темные глаза и такие же темные волосы, как у Адриана. Но она оказалась совсем невысокой и чуть полноватой. И в отличие от брата веселой и улыбчивой.
— Сезар рассказал, как вы продали фигурки животных, — проговорила Белинда. — На эти деньги жена Хуана обставляет детскую. Мы должны побыстрее поставить вас на ноги, чтобы вы могли вернуться и продать следующую партию фигурок. Малышу понадобятся пеленки и все остальное…
Белинда говорила с легким испанским акцентом, видимо, унаследованным от родителей. Наверное, так же говорили и другие дети. «Правда, у Адриана безупречное произношение, — вспомнила Фейт. — Впрочем, в этом нет ничего удивительного, ведь адвокаты специально работают над своим произношением».
— Я постараюсь поднять цены, так что ребенок сможет рассчитывать на собственную машину, — с улыбкой сказала Фейт.
— Как ваша голова? В глазах не двоится? — спросила Белинда.
Фейт проглотила ложку супа.
— Немного голова болит, но ничего страшного. А суп просто божественный. Спасибо. — Она хотела спросить об Адриане, но не решилась.
— Я принесла вам чистую одежду, а вашу забрала в стирку. Адриан думал, что у нас с вами один размер, но он давно меня не видел. — Белинда поморщилась. — Не говорите ему, но я беременная, а не просто толстая.
— Почему же вы не сказали ему? — спросила Фейт, удивленная такой откровенностью. — Ведь это чудесная новость. И вы вовсе не толстая. Просто у нас с вами… разные формы. То есть у меня их совсем нет, — добавила она с улыбкой.
Белинда рассмеялась.
— О-ох, мне нравится ваше отношение. Но у меня больше не будет фигуры. А Адриан… Он сказал мне что я не должна заводить детей, пока мы с Джимом не сможем купить дом, но цены на них… — Она закатила глаза. — Адриан думает, что дети — пустая трата денег. Он не знает, что значит хотеть ребенка. Я, конечно, благодарна ему за то, что он всю жизнь заботился о нас, но он многого не понимает.
— Мне кажется, вы вполне взрослая и могли бы сами решать, как вам жить, — сказала Фейт. — А Адриан — не самый лучший пример для подражания. Можете передать ему, что это — мое личное мнение.
Фейт доела суп и, поставив тарелку на стоявший рядом столик, тихонько вздохнула. Ей следовало подумать о возвращении домой, но она сомневалась в том, что сможет сейчас удержаться на ногах.
— Адриана невозможно переспорить, — проговорила Белинда. — Мне это никогда не удавалось. Но надо отдать ему должное — он очень заботливый. Сейчас, например, поехал поискать вещи, которые были в вашей машине. Он сказал, я должна узнать, есть ли у вас страховка на случай нетрудоспособности. Он поможет вам написать заявление…
Фейт улыбнулась:
— Иногда очень полезно иметь под рукой адвоката.
— Да, иногда они действительно полезны, — согласилась Белинда. Поправив подушки за спиной Фейт, она продолжала: — Мама очень хочет познакомиться с вами, но я сказала ей, что вы пока не можете встать с постели, так что ей придется подождать.
Фейт нахмурилась.
— Но я не могу все время лежать в постели. Мне нужно в туалет и в душ, а потом я встречусь с вашей мамой.
— Я бы на вашем месте постарался избежать этого жребия, — раздался насмешливый голос.
— Адриан?! — воскликнула Белинда. — Ты ходишь как кошка!
Адриан прошелся по комнате. Он был в свободной черной рубашке и в черных джинсах. Фейт захотелось натянуть на голову одеяло. Наверняка она выглядела ужасно, — а он такой, будто сошел с обложки романа о Диком Западе.