Прикрой, атакую! В атаке — «Меч»
Мельком вспомнил босоногое детство, наш лес, зверей в нем, купание в море. От бензиновых паров голова пошла кругом, что создало новую опасность. Изредка на мгновение снимал, даже не снимал, а приподнимал очки и смотрел вперед, по сторонам. Чувствовал, что скоро аэродром, но в местности без надежных ориентиров, как над морем, отыскать его было не так-то просто. А в моем сложном положении и вообще мог не выйти в желаемую точку. Бензиновые пары, жидкость обожгли глаза. Временами я ничего не видел. Опустил очки — и видимость сократилась до нуля, все в тумане.
Еще раз поднял очки кверху и увидел на земле самолет, а дальше — юрты. Опознал. Наш центральный аэродром Там— цаг— Булак. И в это время мотор заглох. Одной ногой управляя самолетом и не выпуская шасси, я направил машину к земле. И вот уже самолет коснулся колесами травы аэродрома, замедлил ход и остановился. Я подтянулся на руках и выполз из кабины. У меня было желание как можно скорее осмотреть самолет. Но подоспевший комкор Герой Советского Союза Денисов приказал мне лечь на землю и ждать медицинской помощи.
И вот я лежу на операционном столе, куда меня принесли на носилках. Кто нес меня, не видел. Обожженные бензином глаза закрылись, и открывать их было больно. Я слышал, как врачи говорили: «Ножницы». А зачем ножницы, не мог понять. И тут почувствовал, что режут правый сапог, комбинезон и штаны на правой ноге. Открыли ногу, и врач сказал:
— Пять отверстий в ноге, а больше нигде нет. Одна пуля застряла, а остальные навылет.
После этого врач спросил меня:
— Нигде не чувствуете боли?
— Болит только нога, — ответил я ему. Вытащил хирург пулю и подал ее мне:
— Возьмите на память трофей.
— Выбросите ее в мусор, — сказал я.
…Прошли годы, нога зажила, а боль не прекращается, и только через 45 лет осколок сам вылез наружу.
Много времени пролетело после халхин— голь— ских событий, а все помнится до мелочей. Мне не забыть монгольские просторы, голубое небо и яркое-яркое солнце…
* * *После выздоровления командование направило меня к новому месту службы — в 67-й истребительный авиационный полк на должность заместителя командира полка.
Здесь, в Молдавии, нам пришлось впервые вступить в бой с авиацией фашистской Германии.
С 10 по 20 июня 1941 года немецкие летчики вели активные полеты с пересечением нашей государственной границы, несмотря на предупреждающие действия советских самолетов.
Пришел воскресный день 22 июня. Многие командиры, предполагая, что в выходные ничего не случится, решили отдохнуть. Но не все так думали. Мы рассредоточили истребители нашего полка по аэродрому таким образом, чтобы взлететь сразу при нападении противника.
И вот перед рассветом послышался гул со стороны Румынии — появился разведывательный немецкий самолет. Наши летчики тут же взлетели и сбили его. За ним в небе показались 50 немецких бомбардировщиков. Все 30 истребителей нашего полка встретили фашистов в воздухе и сбили 18 фрицев. С нашей стороны был потерян 1 самолет. Беспорядочно сбросив бомбы, немцы ретировались восвояси. Предприняв в этот день еще два массированных налета, фашисты все же не добились успеха.
Так началась Великая Отечественная война, которая для меня длилась все годы до самого дня Победы 9 мая 1945 года.