Звездочет

Двадцать минут, которые потребовались судьям для вынесения приговора, Бьянка провела в зале суда. Она попробовала было предположить, как орудие убийства могли спрятать в горшке, пока цветок находился у Изабеллы, или что Йен подложил его позже, но ей было трудно выстраивать мысль, да и казалось это бессмысленным. Когда судьи огласили приговор, никто не удивился и не протестовал.
— Вы признаетесь виновной в убийстве Изабеллы Беллоккьо в соответствии с обвинением. Вам вынесен смертный приговор, который будет исполнен государственной властью в течение двух дней. — Синьор Корнелио говорил тихо, опасаясь вызвать волну возмущения у публики, не допущенной в зал заседания.
Бьянка обвела взглядом непроницаемые лица судей, затем равнодушные физиономии зрителей.
Ее взгляд только на мгновение задержался на тетке и кузенах, которые смотрели на нее так, словно вместо головы у нее вдруг вырос зеленый фурункул. Однако стоило ей перевести взгляд на скамью Арборетти, как на душе у нее потеплело: Криспин, Тристан, Майлз, Себастьян — все старались поддержать ее, ободрить, а Франческо и Роберто сплели пальцы рук в знак того, что молятся о ее спасении. Они готовы были пожертвовать всем ради нее, люди, которые не имели к ней никакого отношения. Но увы, было уже поздно.
Прежде чем она успела оценить их жест доброй воли, к ней подошли два стражника и взяли ее под локти. Бьянка неуклюже поклонилась скамье Арборетти, и ее вывели из зала в полузатопленную камеру для смертников. Когда за ней заперли дверь сырого подземелья, часы на башне площади Сан-Марко пробили двенадцать. Время, когда можно было доказать свою невиновность, безвозвратно упущено. Ей оставалось жить всего сто шестьдесят восемь часов.