Дома Исзма

Фарр зажег сигарету, рассматривая девушку из-под век, обдумывая каждую деталь ее внешности, стараясь поймать на фальши, на нетипичной реакции. Он не заметил, как она вошла, и он не видел, чтобы где-нибудь на столе остался ее недопитый бокал.
— Со мной можно разговаривать за выпивку, — беззаботно прощебетала она.
— А что будет после того, как я куплю тебе выпивку?
Она смотрела в сторону, избегая встретиться с ним глазами.
— Я думаю… я думаю, что это тебе решать.
Резким движением сделав глоток, Фарр еще более резким тоном осведомился у нее:
— Сколько?
Она покраснела, все еще глядя в противоположную стену бара, затем заволновалась:
— Я думаю, что ты ошибся. Я думаю, и я ошиблась… я думала, ты будешь так добр — выставишь выпивку…
Фарр весело спросил:
— Ты работаешь на бар? На должности?
— Конечно, — ответила она чуть ли не агрессивно. — Это отличный способ провести вечер. Иногда встречаешь хорошего парня… Что у тебя с головой? — Она подалась вперед, вглядываясь. — Кто-нибудь стукнул?
— Если я расскажу тебе, где раздобыл этот шрам, ты назовешь меня лгуном.
— Валяй, попытайся.
— Некоторые люди на мне просто помешались. Они подвели меня к дереву и втолкнули внутрь. Я падал в корень две или три сотни футов. По пути я и расцарапал голову.
Девушка смотрела на него искоса, губы растянулись в кривую улыбку:
— А на дне ты повстречал маленьких зеленых человечков с розовыми фонариками. И большого белого пушистого кролика.
— Я же тебе говорил…
Она наклонилась к его виску:
— Тебе очень идут длинные серые волосы.
— Я их надеюсь сохранить, — сказал Фарр, спешно убирая голову.
— Успокойся! — Она холодно смотрела на него. — Ты что, спешишь? Или я должна рассказать тебе историю своей жизни?
— Одну минуточку.
Он встал, направился к бару, указал бармену на девушку:
Блондинка за моим столиком, видите ее?
Бармен взглянул:
— И что?
— Она часто здесь болтается?
— Впервые в жизни вижу.
— А разве она не работает у вас на должности?
— Брат, я же тебе сказал. Я вижу ее впервые в жизни.
— Благодарю.
Фарр вернулся к столу. Девушка молчала и барабанила пальцами по столу. Фарр пристально посмотрел на нее.
— Ну? — буркнула она.
— На кого ты работаешь?
— Я тебе сказала.
— Кто тебя ко мне подослал?
— Не говори ерунды. — Она попыталась подняться. Фарр схватил ее за запястье. — Пусти! Я закричу!
— Очень надеюсь. Я бы хотел увидеть кого-нибудь из полиции. Сиди тихо или я сам их позову.
Она медленно опустилась в кресло, затем подалась к нему, подняв лицо вверх и сложив ладони вокруг его шеи.
— Я так одинока! Честное слово. Я вчера приехала в Ситтл и не знаю здесь ни души. Поэтому не будь со мной таким. Мы могли бы понравиться друг другу… Правда?
Фарр ухмыльнулся:
— Сначала поговорим, а потом будем нравиться.
Что-то ранило его — сзади, на шее, где касались ее пальцы. Он моргнул и схватил ее за руки. Она вскочила, вырвалась, глаза ее светились радостью.
— Ну, что ты теперь будешь делать?
Он рванулся к ней; она отпрыгнула, лицо ее стало озорным. Глаза Фарра наполнились слезами, в суставах появилась слабость. Он зашатался, столик опрокинулся. Бармен заревел и вскочил из-за стойки. Фарр сделал два неверных шага вслед девушке, которая спокойно направилась к выходу.
Бармен загородил ей дорогу:
— Одну минуту!
В ушах стоял звон. Фарр услышал, как девушка чопорно произнесла:
— Пропустите меня! Он пьян. Он оскорбил меня… каких только гадостей не наговорил.
Бармен смотрел свирепо и нерешительно одновременно:
— Что-то непонятное здесь происходит…
— Тем более! Не впутывайся сам и не впутывай меня!
Колени Фарра подогнулись, сухой комок заполнил горло, рот. Он чувствовал вокруг движение, чувствовал осторожные прикосновения ладоней на своем теле и слышал громкий голос бармена:
— В чем дело, Джек? Что случилось?
Разум Фарра уже был не здесь, а за оградой из переплетенных стеклянных нитей.
Голос рвался из горла:
— Вызовите Пенче… Вызовите Пенче…
— К.Пенче, — произнес кто-то тихо. — Парень спятил.
— К.Пенче… — бормотал Фарр. — Он заплатит… Позовите его…
Скажите ему — ФАРР…