Костры амбиций

Шерман заставил себя улыбнуться, просто чтобы показать, мол, все в порядке.
— Ваш приятель? — спросил Киллиан.
— Да, старый приятель. Мы с ним в школу ходили вместе. Хочет вышвырнуть меня вон из дома.
— Попытка не пытка, — сказал Киллиан. — Мы его в такой бараний рог скрутим, что десять лет не раскрутится.
— Вы знаете, я должен кое в чем сознаться, — проговорил Шерман. Снова заставил себя улыбнуться. — Пока не явился сюда этот сукин сын, подумывал, не пустить ли себе пулю в лоб. Теперь — черта с два. Это разрешило бы все их проблемы, он бы с этим носился, проливал крокодиловы слезы, рассказывал бы, как мы вместе росли, и качал своей круглой башкой. Пожалуй, приглашу сюда этих ублюдков, — он показал рукой вниз, на улицу, — пусть спляшут мазурку прямо над его круглой дурной башкой.
— Вооооо, — прогудел Киллиан. — Так-то лучше. Это по-нашему, по-ирландски, черт подери. Двенадцать последних столетий ирландцы только и живут что жаждой мести. Вот это я понимаю, это разговор, бллин!
И вновь с Парк авеню в июньский жаркий воздух взлетели вопли: …МАК-КОЙ!.. МАК-КОЙ!.. МАК-КОЙ!