Костры амбиций
— И он вам скажет?
— Думаю, что да. Мы друзья. Он тоже «осел», как и я.
— Осел?
— Ирландец.
— А правильно ли будет показывать, что я забеспокоился и нанял адвоката? Они еще подумают что-нибудь.
— Да они уже давно думают, можете не сомневаться. И что вы забеспокоились, знают. Господи, если вы после посещения тех двух молодчиков из полиции не начали беспокоиться, значит, у вас просто нервная система не в порядке. Но это я беру на себя. А вам сейчас надо в первую голову заняться вашей приятельницей миссис Раскин.
— И Фредди так говорил.
— Фредди прав. Если я возьмусь за ваше дело, я перво-наперво должен потолковать с ней, чем скорее, тем лучше. Вы как считаете, она согласится сделать заявление?
— Заявление?
— Заявление под присягой, заверенное свидетелями.
— Раньше я бы определенно ответил «да». Но после разговора с Фредди я уже ни в чем не уверен. Бог ее знает, как она себя поведет, если я попрошу у нее заявление под присягой да еще в судебной обстановке.
— Ну, все равно, а поговорить мне с ней надо. Вам удобно будет с ней связаться? А то могу и сам позвонить, как хотите.
— Нет, лучше мне.
— Тут вот что важно. Надо внушить ей, чтобы она тоже об этом деле пока помалкивала.
— Фредди сказал, вы учились в Йейльской юридической школе. В какие годы?
— В конце семидесятых.
— И как она вам?
— Да ничего, нормально. Моего разговора там ни одна живая душа не понимала. Им что из Куинса человек, что из Афганистана. Но мне нравилось. Хороший институт. Учиться сравнительно нетрудно. Не топят в подробностях. Дают общее представление, научный взгляд на вещи. На мировой порядок. С мировым порядком там все в ажуре. Вообще в Йейле получаешь прекрасную подготовку для любой сферы деятельности — кроме тех, где главную роль играют кроссовки, оружие, наркотики, похоть и лень.