Обман

— Вы преувеличиваете, Кейт, — заметил Гарри.
— Нет, — мрачно возразила я. — Я вовсе не преувеличиваю. Когда я попросила его съездить вместе с нами в жокейский клуб, он отказался. Адриан сказал, что мы в нем не нуждаемся, поскольку до последнего момента прекрасно обходились без него.
Гарри потер пальцами свой точеный нос.
— Ну, если даже это не открыло вам глаза, — пробучал он, — то я уж тогда не знаю, чего вам еще надо.
— Что вы имеете в виду?
— Господи Боже, Кейт! Вы только подумайте о том, что вы только что мне рассказали. Адриан за всю свою жизнь никогда не бывал раздраженным и никогда ни на кого не обижался. Это вы его к этому вынудили.
Я еще раз прокрутила в памяти нашу с мужем ссору, и в мозгу у меня словно сверкнула молния.
— А вы знаете, — задумчиво проговорила я, — мне даже показалось, что он слегка приревновал меня к вам.
Гарри озадаченно уставился на меня.
— Он как-то заметил, что мы с вами два сапога пара, — пояснила я. — А потом, когда я жаловалась ему на лорда Барбери, который позволил Стейду сбежать, он сказал, что мне лучше поделиться своим ребяческим возмущением с вами, а он слишком взрослый человек, чтобы реагировать на это подобным образом.
Гарри снова потер пальцами нос.
— Ну, учитывая, что я почти всю жизнь ревновал кого-нибудь к Адриану, — довольно сказал он, — мне даже приятно, что мы с ним в кои-то веки поменялись ролями.
— Что касается вас и Адриана, то дело вовсе не в ревности, — возразила я. — Вы любите его и восхищаетесь им, а это нечто иное, нежели ревность.
— Разумеется, я люблю его и восхищаюсь им, — произнес Гарри и поднял бровь. — Но с ним очень трудно тягаться, Кейт.
— Я как-то сказала Адриану, что вы очень хотите быть таким же, как он, но не знаете, как этого добиться.
— И что он вам на это ответил? — спросил Гарри, искоса взглянув на меня.
— Он сказал, что вы не должны пытаться быть таким, как он, и что было бы гораздо лучше, когда бы вы стремились быть самим собой.
— Это на него очень похоже, — сказал Гарри, задумчиво улыбнувшись.
— Он в самом деле так думает, Гарри. И он прав.
— Я знаю.
— И потом, Адриану несладко приходится, — заметила я.
Гарри в ответ бросил на меня скептический взгляд. Тогда я посмотрела на лежащую на полу газету «Морнинг пост» и сказала:
— Однажды он спросил, знаю ли я, сколько смертей на его совести.
Я слышала, как из груди Гарри после этих моих слов вырвался возглас удивления, но так и не оторвала взгляда от газеты. В эту минуту я со страхом размышляла о том, не предаю ли я Адриана, передавая Гарри содержание нашего с ним давнишнего разговора. В конце концов я пришла к выводу, что Гарри полезно лучше узнать своего старшего брата.
— Глядя на Адриана, люди обращают внимание на его физическую красоту, на его храбрость, на целостность его натуры, — заговорила я и посмотрела Гарри в глаза. — Но в душе у него таится так много страшного, Гарри. Радуйтесь, что вам не пришлось побывать на войне. Она оставила в сердце Адриана раны, которые скорее всего никогда не заживут.
Последовала долгая пауза. Наконец Гарри сказал:
— Я никогда не думал, что у него с этим связано столько переживаний.
— Адриан привык держать все в себе. Если я вам об этом и рассказала, то только для того, чтобы вы могли лучше его понять.
— Вы правы, когда говорите, что он привык все держать в себе, — сказал Гарри. — Однако вам-то он об этом рассказал, Кейт. Вы и после этого будете утверждать, что он вас не любит?