Зимняя роза

Остаток дня Ирена держалась как можно дальше от покоев лорда, позволив Банди и Эджи самим управляться с больным. К вечеру они сообщили ей, что рана заживает на удивление хорошо и лихорадка спала. Ирена легла, но долго не могла заснуть, молясь, чтобы ее муж побыстрее вернулся и избавил ее своим присутствием от мыслей о Кристофере Ситоне.
Убаюканная теплом, идущим от камина, она наконец закрыла глаза и отдалась воспоминаниям. Образ одетого в черный плащ всадника на вороном жеребце присутствовал во всех встающих перед ее мысленным взором картинах. Внезапно эта черная фигура превратилась в ее мужа, который наклонился, чтобы вытащить ее из ледяных вод реки. Рядом стоял все тот же вороной жеребец, и внезапно кожаная маска оказалась капюшоном.
Вскрикнув, Ирена села. Может, она сошла с ума? Неужели она наделила лицом того, у кого вовсе не было лица? Выдавала ли она желаемое за действительное?
Сейчас она не могла вспомнить человека, который вытащил ее из реки. Тогда ей сказали, что ее спас лорд Сакстон, но Ирене внезапно пришло в голову, что она никогда не видела Стюарта на лошади. Мог ли это быть Кристофер? Кто сидел у огня в тот вечер? Урод? Инвалид? Или отсвет языков пламени искажал обычную человеческую фигуру? Если Кристофер — ночной всадник и именно он спас ее, тогда что же на самом деле скрывается за личиной беззаботного повесы?
Кусочки головоломки никак не соединялись в единый рисунок. Наконец это занятие утомило Ирену, и она провалилась в сон, в котором не было места кошмарам, а только вопросам и сомнениям.