Женщины, жемчуг и Монти Бодкин

— Да его все так зовут. Как он ладит с твоим детективом?
— Кажется, неплохо.
— Ничего не подозревает?
— Нет, мистер Адэр очень хороший лакей.
— Такая у них профессия, всё должны уметь. А какой он?
— Уродливый.
— Но хоть умный?
— О, да!
— Смелый?
— Наверное. Разве бывают трусливые сыщики?
— Ну, тогда отдай револьвер ему.
— Да у него свой есть.
— Конечно, и скорей всего не один. Что ж, тогда я за тебя не беспокоюсь.
— А может, останешься?
— Никак нельзя.
— Почему? Ты же с ними незнакома.
— Не со всеми.
При этих словах голос у Мэвис стал мягче, а глаза, которые в обычном состоянии, по словам мистера Лльюэлина, подошли бы гадюке, нежно засветились. Монти сказал бы, что это невозможно в принципе, но она чуть ли не смутилась. Мы не посмеем утверждать, что девица с ее силой характера могла хихикнуть, но какой-то звук она издала и вывела ножкой вензель на ковре.
— Я встретила Джимми Пондера. Помнишь, он был в Каннах?
— В Каннах много кто был.
—Джимми ты должна помнить
— Такой, в очках? Ел суп с присвистом?
— Ничего подобного! — отрезала Мэвис. — Он похож на греческого бога и просто набит деньгами. Совладелец одной ювелирной фирмы.
— Ну как же, припоминаю. «Тиффани».
— Нет, другой. Он прислал мне письмо, что будет в Шропшире.
Когда дело касается ее ребенка, мать всегда прочтет между строк. Грейс показалось, что ей все ясно.
— Дорогая, уж не влюбилась ли ты в него?
— Еще как! Только увижу, начинаю косеть, а сердце бьется как тамтам. Но не думай, что я за него так прямо и выйду. Я должна быть уверена, что не промазала. Мои подруги выходят за греческих богов, а потом кусают локти. Мне нужно мнение со стороны. Поэтому я уговорю их пригласить тебя. Ты его освидетельствуешь, дашь зеленый свет, и тогда — к алтарю!
— Если он сделает тебе предложение.
— Ну, это я гарантирую, — заверила Мэвис.