Дитя греха
— Мамочка, Ники, папочка, — пробормотал малыш и уснул.
Райанна сжала руку Алексиса.
— Счастливая семья, — произнесла она.
— Настоящая семья, — улыбнулся Алексис. Они уснули и во сне видели друг друга, своего сына и долгие-долгие годы счастья, которые ждали их впереди.
Эпилог
Райанна стояла на балконе и смотрела на озеро. Высоко над ее головой безмятежно сияла круглая желтая луна. Рядом с ней стоял Алексис. В их комнате крепко спал Ники, и ему снились сладкие сны…
— Я хотел отвезти тебя на Тихий океан, — с сожалением сказал Алексис. — Или по крайней мере на Карибское море.
Его взгляд скользнул по озеру, освещенному огнями курортных отелей. Райанна улыбнулась. В ее прекрасных сияющих глазах Алексис прочел искреннюю, безграничную любовь.
— Не могу представить, — тихо сказала она, — лучшего места для медового месяца, чем Орландо.
— Да, явное большинство голосов, — усмехнулся ее молодой супруг. — Никогда не видел Ники в таком восторге.
Он обнял женщину за плечи и притянул к себе.
— Господи, разве можно быть таким счастливым?
Райанна почувствовала, как слезы навернулись ей на глаза — слезы радости, удивления, благодарности.
— Я так сильно люблю тебя, — сказала она. — Это просто невероятно, учитывая все то, через что мы прошли.
Мужчина нежно погладил ее по шелковистым светлым волосам.
— Но мы все преодолели, — сказал он. — Ники воссоединил нас.
— Я ненавижу ту женщину из социальной службы, — дрожащим голосом произнесла Райанна. — Умом я понимаю, что она только выполняла свой долг, но…
— Не надо оглядываться назад, дорогая. Нас ждет счастливое будущее… — Алексис нежно коснулся губами ее губ. — Скажи мне, любимая жена… как ты думаешь, Ники крепко спит?
Лунный свет заблестел в огромных глазах Рай-анны.
— О, очень крепко!
— Прекрасно. В таком случае…
Райанна тихонько вскрикнула, когда Алексис подхватил ее на руки. Он нес ее в спальню бережно, словно драгоценную фарфоровую статуэтку. Так же бережно мужчина положил Райанну на огромное супружеское ложе.
Эти двое, проделавшие долгий и трудный путь, нашли наконец счастье в объятиях друг друга — и долгожданный покой, который могла им дать только любовь.