Вредность - не порок

А, конечно, Дармир же у них лекарь. Интересно, а меня почему к нему не сплавили? Решили — само заживет? Или это такой изощренный способ избавиться от новоявленной хранительницы?
Алекс между тем продолжал:
— Тебя долго не было, и мы уже начали беспокоиться. Исходя из прошлого опыта, я решил, что тебя проще всего найти в конюшне, — он лукаво улыбнулся, — поэтому именно туда и пошел. Пока вы там воевали, Тина приложилась головой обо что-то твердое — это и поставило ей мозги на место. Оклемавшись, она увидела, что натворила, и стала на всю долину верещать, что убила хранительницу. Теперь она посыпает голову пеплом и требует применить к ней самые суровые меры наказания.
— А Дармир, стало быть, эти самые меры применяет?
Это нормально вообще?! У них тут я, можно сказать, умираю, а они и не шевелятся!
— Не совсем, — хмыкнул Алекс. — Он разбирается с гипнозом и его возможными последствиями. На ней мог остаться след, ведущий к автору всего этого безобразия.
За разговором я не сразу заметила, что мы подошли к дому. Опомнилась, только когда Алекс усадил меня на стул. Я тут же обессиленно откинулась на высокую спинку и прикрыла глаза. Тем временем властелин придвинул ко мне небольшой столик, на котором тут же выстроились баночки разной величины с содержимым явно лекарственного характера.
Вымыв руки и тщательно вытерев их полотенцем, он склонился над снадобьями.
— А-а-а… может, мы лучше подождем, пока Дармир освободится? Он все-таки лекарь, — жалобно пискнула я.
— Я предлагаю свои услуги только избранным пациентам. Не бойся.
Алекс навис надо мной и начал расстегивать пуговицы на моем платье.
— Ты что делаешь?! — возмутилась я.
Впрочем, мои возражения на деятельности мужчины никак не отразились. Он только обхватил меня поудобнее, чтобы не вертелась.
— Раздеваю тебя, — честно признался властелин. — Мне нужно осмотреть рану. Успокойся, интимные подробности твоего организма меня не интересуют. — И совсем уж тихо уточнил: — Во всяком случае, сейчас.
И дались им всем мои… подробности, тьфу ты, интимности… короче, мои многострадальные телеса?! И что значит его «во всяком случае, сейчас»?
— Ай! — Алекс осторожно отодрал присохшую ткань от раны и извлек мою руку из рукава.
Экзекутор! Боль была сильной, даже пальцами я могла пошевелить с трудом.
— Вот, выпей. — Он налил в кружку немного желтовато-коричневой жидкости с резким запахом и протянул мне. — Это должно притупить боль.
Вопреки ожиданиям, вкус у лекарства оказался довольно приятный, терпкий, травяной. Через несколько минут боль не то чтобы прошла, а скорее отодвинулась куда-то на задний план.
Я попыталась повернуть голову и рассмотреть свое плечо. Не тут-то было! Руку тут же обдало жаром. Даже голове досталось. Поэтому пришлось просто скосить глаза. М-да… Рана выглядела ужасно, все еще кровоточила, а по краям уже начала появляться отечность.
— Не вертись! — прикрикнул Алекс, осторожно ощупывая теплыми пальцами края раны.
Я пискнула, скорее для проформы.
— Значит, ты лекарь? — Может, хоть разговор поможет отвлечься от происходящего?
— Вроде того.
Алекс плеснул чего-то прозрачного и стал осторожно удалять засохшую кровь и грязь, попавшую в рану, пока я каталась по земле. Этот процесс длился долго. До тех пор, пока рана не приобрела идеально чистый вид. Я жалобно попискивала, вцепившись здоровой рукой в край рубахи своего мучителя. И это еще с анестезией! Представляю, каково бы мне пришлось без нее.
— Совсем чуть-чуть осталось… Потерпи еще немного, — приговаривал Алекс, обильно смазывая рану чем-то густым и зеленым. От плеча вниз по руке стал разливаться приятный холодок. — Сейчас должно стать легче.
И правда. Боль потихоньку утихала. Если не шевелить рукой, жить можно. Алекс тем временем достал еще одну баночку, на этот раз с чем-то прозрачным, повертел ее в руках, словно согревая, и тихо стал бормотать какое-то неизвестное мне… заклинание? Только теперь я заметила, что ни одно из лекарств, которыми он меня мазал, мне не знакомо. И это при том, что, проведя большую часть жизни в лесу, я неплохо разбираюсь в травах.
— Так ты маг?!
Алекс дочитал заклинание, смазал края раны мазью, аккуратно перебинтовал плечо и лишь потом ответил:
— Бывший.
Я изумленно уставилась на него. Как можно быть бывшим магом? Разве что…
— Тебя отлучили?
— Нет.
Ничего не понимаю. А объяснять что к чему он, похоже, не собирается. Пресекая дальнейшие расспросы, Алекс снова подхватил меня на руки, отнес в комнату и собрался было уйти, но у двери обернулся и неожиданно спросил:
— Зачем ты вообще туда полезла? Она же могла тебя убить! Чем ты думала?
— А я не думала, — честно призналась я.
Меня разбудил плеск воды. Нет, конечно же я знала, что ванная комната в доме одна, и, следовательно, догадывалась, что Алекс пользуется именно ею, но… В общем, сейчас мои догадки получили очень явное подтверждение.
Почему-то присутствие голого властелина за стенкой меня смутило. Я зарылась поглубже в одеяло и постаралась снова заснуть. Ага, как же! Последние остатки сна улетели в прекрасное далёко. Ну что за безобразие, а? Обычно я жуткая соня, а тут… Еще же только светать начинает!
Шум воды стих. Вскоре послышались шаги, а вслед за ними — звук открывающейся двери. Мое коварное любопытство потребовало восстановления справедливости. В конце концов он же меня вчера лечил!
Я чуть приоткрыла глаза. Нижняя часть властелина была одета в штаны, зато все остальное я вполне успела разглядеть. А посмотреть было на что. Гм… а он очень даже ничего… Это в одежде он таким худым кажется, а так — мышцы под кожей перекатываются. И на груди все еще осталось несколько прозрачных капелек. Ой, о чем это я?!
Кстати, почему это он здесь до сих пор стоит? Разве что… Вот теперь точно «ой»!
— Не притворяйся. Я знаю, ты не спишь.
Все мысли фривольного характера разом улетучились.
— Доброе утро. — Надеюсь, в полумраке комнаты не слишком заметно, как горят мои щеки.
— Надеюсь, ты довольна осмотром? — насмешливо спросил Алекс.
Вот нахал!
— Ну не знаю, — задумчиво протянула я. — Мне пока не с чем сравнивать. Вот когда будет…
Что, съел? Его прямо перекосило. Впрочем, властелин быстро взял себя в руки и перевел разговор на менее опасную тему.
— Как плечо?
Ну надо же! Я о нем со вчерашнего вечера и не вспоминала. Сейчас проверим. Осторожно пошевелив рукой и прислушавшись к своим ощущениям, я пришла к выводу, что лекарь из Алекса ничуть не менее даровитый, чем властелин. А он тем временем зажег свечу и стал осторожно, чтобы не причинить боли капризной пациентке, разматывать бинты. Результат лечения превзошел все мои ожидания. От глубокой раны остался лишь небольшой красноватый рубчик. Если так и дальше пойдет, то через пару дней от него не останется и следа.
— Даже лучше, чем я надеялась. Может, тебе из властелина переквалифицироваться в лекари?
— Я подумаю.
Оторвавшись наконец от созерцания заживающего ранения, я подняла глаза на Алекса, и мой взгляд тут же наткнулся на уродливый кривой шрам, пересекающий его плечо. И как я сразу не заметила? Мы теперь прямо как члены тайного братства. О боги, какие глупости лезут в голову!
И почему он себя не лечит? С моей раной справился в два счета, а собственное плечо выглядит так, словно властелин только и мечтает нажить гангрену. Вон какой шрам большущий, весь коркой кровавой покрыт, а по краям еще и зеленоватый. Тихий ужас!
Хотя я где-то слышала, что себя вылечить сложнее, чем другого, да и не все умеют это делать.
Наверное, мысли очень отчетливо отразились на моем лице. Потому что Алекс, проследив за моим взглядом, мгновенно сообразил, что меня так впечатлило.
— Что это? — выдавила я.
— Зарубка на память, — горько усмехнулся он.
Так и не заданные вопросы словно испарились. Толку мне с них? Все равно он отшутится или еще как-нибудь увильнет от ответа.