Лунные грезы
– Как интересно. – Корри попыталась выказать вежливый энтузиазм, но разочарование было сильнее. Она почему-то ужасно устала, расстроилась и по-детски обиделась. – Вы будете производить их здесь?
– Да. Мне хочется получить легкое изысканное благоухание, из тех, что неотразимо действуют на мужчин. Нечто свежее, весеннее, однако трогательно-сладостное. Помнишь чудесный запах леса после дождя? Именно к этому я стремлюсь. К чему-то напоминающему о росе, сумерках и летних ночах.
Корри презрительно фыркнула. Как это похоже на него! Петь романтические дифирамбы товару, из которого он извлекает деньги!
– И как вы собираетесь назвать свой последний шедевр? «Прелые листья»?
Но Гая ничуть не задел ее вызывающий тон.
– Не уверен… Что-нибудь очаровательное, милое, чуть-чуть старомодное. Названия крайне важны. Кстати, в сельских садах повсюду растет один цветок – очень изящный, сиреневый, с кремовыми и серебристыми крапинками и длинными белыми тычинками, похожий на хрупкую балерину. Его называют коломбиной. Если к тому же сделать флакон из светло-фиолетового стекла в виде чуть склонившегося под ветерком бутона…
Корри, забыв обо всем, уставилась на него. Но выражение лица Гая было спокойно-деловитым, взгляд – непроницаемым.
– Чудесное название. Когда вы… э-э-э… вспомнили о нем? – с трудом выговорила Корри. Сейчас для нее не было ничего важнее. – До того, как приехали в «Золотую кошку», или после?
– О, давным-давно, – небрежно отмахнулся Гай. – Это одна из причин моего появления в клубе. Заинтересовался совпадением. Какая удача, не так ли?
– О да.
Но в этот момент она совершенно не чувствовала себя счастливой. Сердце, так сильно стучавшее минуту назад, сейчас казалось куском холодного свинца. Вопреки здравому смыслу она сама не создавала, как сильно надеялась, что он ее будет искать. И уж конечно, не сценическое имя Корри подтолкнуло Гая назвать духи «Коломбиной».
Девушка устало огляделась.
– Полагаю, ты достаточно увидела?
– Более чем, – выдохнула она, едва не падая под тяжким бременем отчаяния. – Теперь я понимаю, почему вы взяли на себя труд так много узнать о басках. Рабочая сила должна быть надежной.
Лицо Гая побелело.
– Хочешь сказать, будто я выжимаю из них все что можно?
Как всегда, в те минуты, когда ей удавалось разозлить его, французский акцент был чуть заметнее.
Несколько долгих минут они молча смотрели друг на друга.
– Зачем вы привезли меня сюда?
– Понятия не имею, – презрительно прошипел Гай. – Очередная глупость. Мне следовало бы оставить тебя лежать на сцене «Золотой кошки». Только там тебе и место.
При виде его разъяренного лица Корри почувствовала смутное горькое удовлетворение. До этой минуты она жила как во сне, в раю для дураков. Теперь по крайней мере ей все стало ясно.
– Завтра я возвращаюсь в Париж. Лучше убраться самой, чем дожидаться пока тебя выгонят.
– Прекрасно.
Назад они ехали молча. Гай все прибавлял скорость, и, хотя мотор работал почти бесшумно, пейзаж за окном проносился так быстро, что Корри почти ничего не успевала разглядеть.