Талисман надежды
– Вы хотите, чтобы я вам прислуживала? – недоверчиво спросила она.
Никос посмотрел в ее сторону. Увидев, как вспыхнуло лицо официантки, словно он оскорбил ее своей просьбой, Никос нахмурился и окинул девушку более внимательным взглядом.
Оказывается, у нее весьма неплохая фигурка, хотя по современным стандартам она могла бы считаться пышненькой. Или, может, дело в том, что у нее широкие бедра при очень тонкой талии и полная грудь, которую не могло скрыть даже это унылое черное платье?
Перед его глазами вдруг возник ее образ в сногсшибательном платье с глубоким вырезом, в котором ее груди смотрелись бы как сочные круглые персики. Никос мысленно раздел девушку, провел рукой по ее плавным изгибам… Его тело тут же откликнулось на возникший в голове образ.
«Да она же не в моем вкусе», – раздраженно подумал Никос. Обычно он предпочитал высоких, элегантных блондинок, а тут вдруг почувствовал влечение к невысокой брюнетке-пышечке. К тому же в очках в тяжелой оправе, которые совершенно ей не шли. Но кожа у нее была гладкой, цвета золотых оливок, высокие скулы были окрашены легким румянцем, а при взгляде на ее полные губы у мужчины возникали вполне определенные мысли…
Проклятие! Похоже, период воздержания несколько затянулся, раз его потянуло на такую женщину. В последнее время он и в самом деле переусердствовал с работой. Он любил работать, и под его руководством прибыль «Петридис – Ангелаки» значительно выросла. Но беда в том, что, сделав выбор в пользу работы, Никос на время позабыл о потребностях своего тела, которое сейчас о себе так некстати напомнило.
И кто возбудил его желание? Официантка!
– Если вам не трудно, – протянул он иронически. – В конце концов, в этом и состоит ваша работа, верно?
Китти вспомнила о долгих часах, потраченных ею на подготовку вечера, и почувствовала, как в ней вскипает гнев. Она вымоталась за эти недели, стараясь, чтобы вечер прошел без сучка и задоринки – и все ради Себастьяна, но она уж точно была не обязана превращаться в личную служанку одного из друзей ее брата. Китти уперла руки в бока. Пятна на ее щеках стали темнее.
– Идея шведского стола как раз состоит в том, чтобы гости обслуживали себя сами, – четко проинформировала она Никоса.
Заметив, как его взгляд охватил ее фигуру, Китти вдруг подумала, что ее простое черное платье с длинными рукавами и высоким воротником почти ничем не отличалось от униформы официанток.
Так вот что имел в виду Никос, говоря о том, что обслуживать гостей – ее работа! Но значит ли это, что он не догадался, кто перед ним? Правда, лично они никогда не встречались, да и внимание прессы в основном было приковано к ее сестре Лиззи, поэтому такое было вполне возможно. Никос определенно нисколько не сомневался в том, что она работает официанткой!
Китти даже не знала, то ли ей оскорбиться, то ли рассмеяться.
Она уже открыла было рот, чтобы сообщить ему, что вообще-то он имеет дело с принцессой Катариной, но в последний момент ее что-то удержало. Конечно, было унизительно сознавать, что он так легко спутал ее с официанткой, но ведь она сама в этом виновата. Нужно было позаботиться не только о том, чтобы стать незаметной и не привлекать к себе лишнего внимания, но и о том, чтобы не попадать в такое идиотское положение.
За этот вечер ей не раз пришлось услышать в свой адрес нелестные отзывы: «Ах, эта принцесса-простушка! Двадцать шесть лет и не замужем? Да, нелегко ей, наверное, в тени своей очаровательной сестры. Конечно, принцесса Катарина умна, но все-таки девушке не помешает иметь еще внешность принцессы Элизы».
Интересно, а как бы Никос отреагировал, узнав, что она сестра Себастьяна? Присоединится ли он к общему мнению, что она гадкий утенок в их семье? Особенно учитывая его неотразимую внешность, которая действовала даже на нее… А иначе чем объяснить неровное биение ее сердца и абсолютно непонятное желание убрать прядь черных волос, упавшую ему на лоб?
Никос увидел в глазах официантки отражение собственного сексуального желания и разозлился на то, как быстро на этот призыв отреагировало его собственное тело. Нет у него времени на то, чтобы утолять чувственный голод с персоналом дворца!
– Если вы заглянете в словарь, то прочтете, что слуга – это человек, который получает деньги за ту или иную работу, – холодно сказал он. – Не сомневаюсь также, что принц Себастьян хорошо оплачивает труд тех, кто на него работает, поэтому я был бы благодарен, если бы в дальнейшем вы продолжали молча исполнять свои обязанности.
Наверное, после этого ему стоило уйти в небольшую гостиную и сделать наконец звонок, но по причинам, которые сам Никос был не в состоянии объяснить, он медлил. Как и не мог избавиться от ставшей вдруг навязчивой мысли заключить эту девчонку в объятия и зацеловать ее до бесчувствия. Его взгляд уперся в ее грудь, туго натянувшую ткань платья, и Никос поправил себя. Не девчонку, а женщину, пусть даже ее аппетитная фигура в форме песочных часов не отвечала стандартам красоты современных модельных агентств. Его желание усилилось.
– Как вас зовут? – резко выдохнул Никос.
– Меня… Рина. – Слова сорвались с ее губ прежде, чем Китти успела подумать, к чему эта ложь? Неужели ей по какой-то дурацкой причине просто не хотелось, чтобы он, как и все, сравнивал ее с красавицей сестрой? Китти знала, что Никос и Лиззи познакомились на одном из приемов в Париже. – Я новенькая, – пробормотала она, убеждая себя в том, что лжет с единственной целью избавить Никоса от неловкости, когда он поймет, что принял принцессу за официантку.
– Понятно.
Никос сделал несколько шагов к ней, и с каждым его шагом пульс у Китти учащался. Никос словно поглотил все ее чувства, и на миг Китти даже подумала о том, чтобы повернуться и ускользнуть, но когда он остановился в нескольких сантиметрах от нее и она увидела в его глазах заинтересованный, если не сказать – жадный, блеск, то словно приросла к месту.
Конечно же ей это показалось! Как может мужчина, встречающийся с красивейшими женщинами мира и который сейчас, по слухам, имел жаркий роман с одной из красивейших голливудских актрис Шеннон Марш, найти Китти привлекательной? Конечно, это все ее воображение.
Китти облизнула вдруг пересохшие губы и была потрясена, увидев, что в глазах Никоса появился хищный блеск. Сердце у нее забилось как сумасшедшее.
– Что-то подсказывает мне, что вы не так просты, как кажетесь, Рина.
Голос Никоса звучал насмешливо, однако в нем также слышался откровенный сексуальный намек. Китти вздрогнула всем телом. До этого она вела довольно уединенный образ жизни, предпочитая жить в тени собственной сестры, и сейчас особенно остро осознала свою неопытность в таких делах. Но даже для нее было ясно, что каким-то непостижимым образом Никос вдруг нашел ее сексуальной.
– Пойду принесу вам шампанское, мистер Ангелаки, – поспешно сказала Китти, отворачиваясь от Никоса, чтобы не поддаться безумному порыву прижаться к его крепкому телу. Откуда у нее возникли такие мысли? Ведь она абсолютный новичок в играх, в которые привык играть Никос!
– Да, пожалуйста, – мягко засмеялся он, разрывая невидимую паутину сексуального напряжения, которую каким-то образом свила вокруг него эта невысокая фигуристая официантка. – Кстати, откуда вам известно мое имя?
– Я видела вашу фотографию в газете и читала про вас статью, – не стала скрывать Китти, утаив, правда, одну маленькую деталь. Что газета была не одна и что она довольно часто просматривала таблоиды, выискивая о нем статьи, которые были не редкостью.
Никос Ангелаки был чертовски удачлив не только в делах, но и в игре в рулетку. Он любил риск, а риск, судя по всему, любил его. Папарацци частенько снимали его раскатывающим по Афинам в «ламборгини», а рядом с ним всегда была та или иная красотка…
– У вас репутация бабника, и, если верить слухам, не проходит недели, чтобы рядом с вами не появилась какая-нибудь очередная блондинка, – суховато сообщила она.