Частные уроки (СИ)
Shinmaya aka Fred
Частные уроки
«Какого черта?! — пронеслось в голове Тетсу, когда будильник на прикроватной тумбочке взорвался оглушающим звоном. — Каникулы же! Ка-ни-ку-лы! Да еще и воскресенье!». На ощупь дотянувшись до мерзкого предмета, мальчишка треснул его сверху по кнопке, и все вокруг снова погрузилось в благословенную сонную тишину. Разбуженный Тетсу со стоном ворочался в постели, не желая открывать глаза. Прислушавшись к звяканью посуды на кухне, он сделал вывод, что отец уже встал. Рановато для него, в выходной-то день.
— О, нет! Нет-нет-нет, — застонал Тетсу, услышав шаги, приближавшиеся к его комнате — должно быть отец услышал будильник — и живо нырнул под одеяло.
Дверь приоткрылась. Акимару Кеита, высокий темноволосый мужчина в очках, заглянул в комнату.
— Тетсуя?
Мальчик молчал, как партизан; из-под одеяла не доносилось ни звука.
— Тетсу, не валяй дурака — я знаю, что ты уже проснулся!
Отец стянул с сына спасительное одеяло, бросив его на край кровати.
— Тоо-сан! — недовольно протянул тот. — Сегодня же воскресенье! Я хочу спа-а-а-ть. — Тетсу зевнул.
Акимару-сан покачал головой.
— Ты, конечно, забыл, что я уезжаю в Осаку по делам и не могу встретить Хаято.
— А, черт, поезд, — пробормотал Тетсу. — Ок, сейчас встану. Мальчишка нехотя поднялся с кровати и поплелся в ванную. Тетсу был совой, и по утрам мог проснуться только с помощью ледяного душа.
Не досушив после душа волосы, он наскоро оделся и через десять минут, уже готовый к выходу, поправлял галстук, стоя перед зеркалом. Тетсуя был довольно худым для своего роста, с тонкими руками и хрупкими запястьями. У него были не по-японски аккуратные прямые черты лица и глаза цвета морской волны — наследство от дедушки по отцовской линии, американца. Тетсу можно было назвать симпатичным, если бы не густая, длинная челка на пол-лица, не дававшая возможности как следует рассмотреть его. Волосы у Тетсу были идеально прямые; укороченные на затылке, с боков они доходили до середины ушей. Поправив соскользнувшие с переносицы строгие прямоугольные очки, Тетсу взял небольшую черную сумку с логотипом своей частной школы, сунул туда книжку по психологии, которую сейчас читал, перекинул сумку через плечо и вышел из комнаты.
Отец уже обувался у входной двери. Он обернулся, услышав шаги Тетсу.
— Завтрак на столе, — сказал он. Тетсуя поморщился — от одной мысли о еде с утра его начинало тошнить — еще один неприятный момент из жизни сов.
— Спасибо, пап, я не голоден.
— Тогда убери все в холодильник, — скомандовал Акимару-сан. — И вот еще. -
Он кинул сыну кредитку и объяснил: — Я уезжаю на четыре дня, так что отдай это Хаято.
Тетсу сунул кредитку в нагрудный карман, быстро прибрался на кухне и выбежал в прихожую.
— Подбросишь до метро? — спросил он отца, который вот-вот собрался выходить.
Хаято был сыном Акимару-сана от первой жены и приходился Тетсу единокровным братом. Мать Хаято бросила Кеиту, когда их сыну был всего один год. По словам Акимару-сана, Аяко всегда была немного легкомысленна и влюбчива. Она быстро согласилась выйти за него замуж и также легко сбежала с молодым симпатичным художником из Киото. Но совместная жизнь с живописцем не удалась, вскоре, он бросил Аяко, и второй раз замуж она так и не вышла. Через год после развода Акимару-сан женился на Сирой Идзуми, а еще через год у них родился Тетсу. К сожалению, у Идзуми было слабое здоровье и она скончалась, когда сыну было всего пять лет. Аяко несколько раз пыталась вернуться к Кеите, предлагала воспитывать детей вместе, но тот был непреклонен: он больше не собирался связывать свою жизнь с однажды неверной женщиной, хотя помогал ей и сыну материально.
Они с Тетсу жили вдвоем, и Кеите из-за работы пришлось отдать сына в частную школу с продленным днем. Тетсу с раннего детства рос прилежным и аккуратным мальчиком. У него были самые лучшие оценки в классе, он выигрывал олимпиады по всем предметам, а в 12 лет перескочил через класс, так как его знания намного превышали стандартный уровень. В 14 лет Тетсу закончил среднюю школу и сдал экзамены в престижную академию.
Наверное, их с отцом мирная жизнь продолжалась бы и по сей день, если бы не внезапное замужество Аяко. Она вдруг влюбилась в американского журналиста, приезжавшего делать репортаж о японских достопримечательностях. Они с Аяко поженились, и какое-то время жили в Лос-Анджелесе вместе с Хаято, но отношения с отчимом у парня не сложились, и он решил вернуться в Японию. Поначалу он самостоятельно жил в Киото, но непутевая мать вдруг забеспокоилась о сыне и попросила Акимару-сана взять Хаято к себе.
Тетсу это все очень не нравилось — он вовсе не считал Хаято братом. Он и видел-то его всего два раза в жизни — на своем дне рождения, когда был еще маленьким, а потом на похоронах дедушки — Тетсу тогда было девять лет. И он совершенно не понимал, почему абсолютно чужой парень должен жить в их доме и звать ЕГО отца папой. Впрочем, Тетсу не был вспыльчивым и упрямым. Он вполне мог понять положение отца, единственное, что его бесило: то, как Акимару-сан вечно уступал этой женщине, Аяко. Ведь он неплохо обеспечивал ее все эти годы, а теперь она, видите ли, выскочила замуж, а сына решила сплавить бывшему мужу — хорошенькое дело!
Однако Тетсу был довольно отходчив и незлопамятен. Поэтому сейчас он торчал на вокзале, пристально вглядываясь в лица всех юношей, сошедших с поезда «Киото-Токио».
«И как, интересно, я его узнаю? Отец должен был дать мне хотя бы номер его мобильного!» — Минут через 20 после отхода поезда Тетсуя начал нервничать. Он позвонил отцу, но абонент был недоступен. Поняв, что он абсолютно не в силах что-то изменить, Тетсуя направился к автомату с газировкой, чтобы немного освежиться. Он купил банку тонизирующего напитка и опустился на лавочку возле автомата.
Тетсу спокойно пил газировку, глядя себе под ноги, когда вдруг к нему приблизилась радом пара неаккуратных кедов с ярко-голубыми шнурками.
— Акимару Тетсуя, да? — окликнул его низкий приятный голос.
Тетсу поднял глаза, и они широко округлились от удивления, а очки сползли на самый кончик носа.
Перед ним стоял Акимару Хаято, собственной персоной. Тетсу ожидал увидеть что угодно, только не такое… Он помнил Хаято как симпатичного черноволосого мальчишку в шортах, но этот гламурный панк, стоявший рядом, совершенно никак не вязался с его воспоминаниями. У Хаято были черные волосы, мелированные ярко-розовыми прядями, разложенные на косой пробор и спереди доходившие до подбородка. На затылке прядки волос были короче, поэтому забавно торчали в разные стороны. Хаято имел более японские черты лица, впрочем, от того же самого дедушки ему достался высокий рост, невероятная худоба и зелено-голубой цвет глаз, совсем как у Тетсу. Хаято был одет в голубую водолазку, и белую футболку поверх нее, впрочем, верх его одежды едва доходил до пупка, так, чтобы было видно сползшие на бедра джинсы. Тетсу подумал, что если бы не массивный черный ремень с клепками — то они наверное вообще свалились бы с Хаято.
— Так ты — Акимару Тетсуя, верно? — Хаято улыбнулся, и справа в его нижней губе сверкнула серебряная штанга.
Тетсу кивнул и поправил очки. Он встал, протягивая руку этому странному мажорному панку. Приглядевшись, он заметил, что у Хаято подведены глаза.
«Ужас! И с ЭТИМ мне жить в одной квартире?! В соседних комнатах?!»
— Приятно познакомиться, — сказал Тетсу вслух.