Белая волчица (СИ)

  Но вот мордашка волчицы просветлела, затем на ней отразилось что-то похожее на радость и счастье, а ее шаг убыстрился. Она бежала по лесу, ловя какой-то конкретный аромат до тех пор, пока не замерла в кустах, глядя на открывшуюся ей картину.
  На поляне из цветов лежал развалившись на боку огромный черный волк. Вокруг него резвились и играли четверо разновозрастных щенят соединивших в себе черточки обоих родителей. Отец явно учил своих щенят нападать, потому что они то и дело бросались на него, а он с какой-то нежностью наблюдал за ними. В какой-то момент старший волчонок чуть не задел самого младшего волчонка, и отец, поймав сына буквально на лету за загривок, опустил его сторонку и что-то ему рыкнул. Волчонок же признавая, что он заигрался, подошел к сестренке и лизнул ее в нос, извиняясь, и тут же получил ответную ласку сестры.
  Волк же тем временем посмотрела на кусты и рыкнул.
  Романтичная натура бы сказала, что он позвал свою волчицу, а еще бы поспорила, что она слышала слово.
  'Снежинка!'
  Волчица вышла из-за кустов и вокруг нее тут же запрыгали, четверо волчат радостно визжа из-за появления матери. Не забыв приласкать каждого волчонка, волчица подошла к мужу и он чуть приподнявшись, лизнул ее в носик, а потом их языки на миг встретились.
  'Мог бы хотя бы записку оставить' - заурчала волчица немного недовольно.
  'Прости, Снежинка, они проснулись, и я боялся, что разбудят тебя, а тебе после вчерашнего обсуждения изменений законов в кланах, надо было отдохнуть' - был ей урчащий ответ.
  Наблюдатель бы клялся, что он видел, как удовольствие и нежность появились на ее мордочке волчицы. А потом она легла на бок рядом со своим волком. Одна его лапа оказалась у нее под головой, а вторая уютненько легла на округлившийся животик, где развивалась новая жизнь.
  Волчата продолжали бегать вокруг волков, а они просто лежали прижавшись к друг другу, наблюдая за своими малышами.
  Но вот младший сынишка заигрался и чуть не налетел на материнский живот, однако отцовская лапа остановила его полет, защищая свою волчицу, а в следующую минуту волчонок получил что-то похожее на выговор.
  'Осторожней! Тут же твоя беременная мама!'
  Волчонок заскулил, извиняясь и волчица, глянув неодобрительно на мужа подозвала малыша к себе и лизнула в мордочку успокоительно урча.
  Когда малыш успокоился и убежал, она заурчала мужу.
  'Ему всего четыре года! Он еще очень мал и плохо понимает, что происходит, не надо на него так, орать!'
  'Я не орал, а спокойно сказал!' - заурчал в ответ волк.
  В то время как его язык скользнул по ее шерстке. Тело волчицы выгнулось от удовольствия, а из пасти вырвалось довольное урчание, больше напоминающий стон удовольствия, но она быстро взяла себя в руки.
  'Тут же дети, Вульф!'
  'Жаль, а то бы я показал тебе, как ты красива, когда беременна' - проурчал волк, а потом добавил - 'Ничего я ночью все тебе покажу!'
  На мордашке волчицы отразилось ожидание и счастье, а потом она снова устроившись на его лапе, стала наблюдать за своими волчатами.
  Минут через двадцать набегавшись, волчата один за другим подползли к матери и устроились в ее материнских объятиях. Волчица умудрилась обнять и приласкать из всех, и огромный живот не помешал ей это сделать.
  Волк же прижав к себе свою большую и довольную семью, тихо проурчал.
  'Я люблю тебя, Снежинка!'
  'Я тоже тебя люблю, муж мой' - был ему еле слышный ответ.
  Цветы расцветали, птички вили гнезда, а на поляне лежал клубок из счастливых волков, которые имели все, что им было нужно для жизни и берегли свое счастье, не позволяя никому вмешиваться в их жизнь.