Слабые женские руки
— Точно. Когда я с ним встретился вчера, у него был такой вид, будто он готовился к схватке с кем-то.
— А как только вы ушли, он решил бежать из города. Я все сделала для этого. Даже обещала уехать с ним. Он хотел попросить денег у Хартли и отправился к Майку, хозяину пивного бара.
— А почему сам не пошел к Хартли?
— Кроме Майка, никто не имел права с ним встречаться. Вернувшись из бара, Грег позвонил мне и потребовал, чтобы я укладывала чемоданы. Но я позвонила Хартли и сказала ему, будто перед отъездом Хадсон намерен выложить вам все, что ему известно о Хуаните. Я осмелилась позвонить Хартли прямо в контору, это произвело впечатление. А потом у него появились вы, и он перепугался. Никогда еще ему не приходилось иметь дела с частными сыщиками, да еще с такими, как вы. Хартли тут же попытался связаться со Свенсоном, но того весь день не было у себя.
— Вы это знали заранее и, видимо, именно поэтому выбрали вчерашний день для начала операции «Уничтожение»?
— Совершенно верно. Таким образом, Хартли должен был действовать по своему усмотрению, причем быстро. Он знал, как поступил бы Свенсон в подобном случае. Взял с собой пистолет и отправился на поиски Грега.
— Скажите, пожалуйста, почему вы надеялись, что все произойдет согласно вашим планам? А если бы Хадсон прикончил Хартли?
— Но как же вы не можете понять, сеньор? Мне ведь это было совершенно безразлично! Я хотела лишь одного: пусть один из них убьет другого! А кто кого — какая разница? Мне-то наплевать было! Видимо, Грег напал на Хартли первым с ножом в руках, Хартли не успел вытащить свой пистолет, но сумел отнять у Хадсона нож и всадить его ему в спину!
Что ж, возможно, именно так оно все и было на самом деле.
— Что же касается Хартли, то тут мне, конечно, просто повезло. Когда он рассказал Свенсону, что произошло, босс рассердился и накричал на него. А надо сказать, в тот вечер Свенсон сильно перебрал. Когда Хартли ушел, он продолжал ругаться и даже пожелал ему сдохнуть. Смайнофф услышал это и решил, что представился случай показать себя в лучшем виде. Рано утром, еще до прихода секретарши, он отправился к Хартли в контору и прикончил его…
— Я видел Свенсона и Хартли вчера вечером, — заметил я. — Они были в компании одной женщины, миссис Уайтон. Какую роль сыграла она во всей этой истории?
— Свенсона всегда отличала большая осторожность. Он был знаком с массой людей и попросил одного из своих друзей, приятеля миссис Уайтон, пригласить ее. Ему хотелось узнать, что именно она вам рассказала.
— И он узнал?
— Ну конечно! Миссис Уайтон не отличается особенной сдержанностью, особенно когда выпьет. А Свенсон все сделал для того, чтобы она как следует нализалась.
— Все понятно.
— Я к тому времени уже рассказала ему о нашей встрече в отеле «Майами». И с учетом того, что сообщила миссис Уайтон, он мог чувствовать себя в полной безопасности.
— А тут Смайнофф пришел и все испортил…
— Вы совершенно правы, сеньор…
Изабелла растянулась на диване, на ее лице читалось полное удовлетворение и безмятежность, но чувствовалось, что душа ее полна глубокой печали. Задерживаться мне здесь больше не было никакой необходимости. Я встал и сказал:
— И все-таки нужно было бы найти какой-нибудь предлог, чтобы упрятать вас в тюрьму!
Девушка улыбнулась, спустила ноги на ковер и тоже поднялась.
— Если вы найдете вдруг такой предлог, сеньор, то мне очень бы хотелось с ним ознакомиться!
— Вы очень странная и опасная девушка, Изабелла Мартинец! Она гордо вскинула голову и поправила меня:
— Моралес! Хуанита была моей младшей сестрой! Меня словно оглушило. Я посмотрел на второй наполненный джином бокал, до которого никто не дотрагивался. По моему взгляду Изабелла поняла.
— Ну конечно, — прошептала она. — Мы, мексиканцы, всегда ставим прибор для тех, кого любили при жизни!