Безумцы из Баальбека

Теперь Малко будет легче прожить оставшееся до рассвета время. Ровно через двенадцать часов все будет кончено.
Из-за дождя безобразные фасады домов выглядели еще более зловеще. Только что кончился комендантский час, и в центр въехали первые машины с окраин Бейрута. В старом «мерседесе» Джони стоял ледяной холод. Он сам заехал за Малко. Тот вышел с зеленой сумкой, в которой лежали подарки Роберта Карвера. Резидент передал их около полуночи: доллары, ливанские ливры, два фотоаппарата. Палестинец выглядел озабоченным. У Музейного проезда они свернули на юго-восток, на шоссе, ведущее вдоль железнодорожного полотна, к Хазмие. Грустный пейзаж: бетонные блоки перемежаются с пустырями. Малко кольнуло в сердце, когда они проезжали последний ливанский пост. Навстречу попалось несколько итальянцев возле белого М-113, и все. Теперь они находились в логове «Амала». На расстоянии нескольких световых лет от Ашрафеха и Муны.
— Место здорово охраняется, — предупредил Джони. — Такую операцию неделями готовят. Я знаю, что они истратили около ста тысяч долларов только на организацию разведки и оплату информаторов. Не говоря уж о стоимости самих самолетов. Готовят покушение и обрабатывают объект местные ребята, которые работают за деньги. Мой осведомитель, выдавая себя за продавца воды, добрался аж до резиденции вашего посла... Сейчас вы его увидите...
Малко не мог прийти в себя от изумления.
— Где?
— Он уже ждет нас. Только ему известно, где расположены посты. Без него нам не пройти.
Они пересекли маленький мостик над рекой и повернули направо, углубившись в улочки Хаде. Вдруг из темноты возник силуэт человека в куртке и шерстяной шапке, надвинутой на уши. Он преградил им дорогу. Джони зажег свет в машине и опустил стекло.
— Давайте пропуск «Амала», — сказал он Малко.
— Но они же меня знают.
— Этот не умеет читать.
Короткий диалог, улыбка, тронулись. Проехав еще два километра на юг, они снова свернули на разбитую дорогу.
— Подъезжаем, — предупредил Джони.
Они запрыгали на ухабах разбитых переулков, минуя заслоны. Вдалеке громыхнул разрыв, послышались знакомые звуки. Потом Джони заехал в темный гараж, на который сверху обрушилось четырехэтажное здание. Потушил фары и вышел. Пронизывающий холод заставил Малко содрогнуться.
— Будем ждать здесь, — сказал палестинец.
Они стояли, прислонившись спиной к ледяному бетону. Откуда ни возьмись, возник молоденький парнишка, полноватый, в очках, с испуганным взглядом ночной птицы, который он тут же остановил на Малко. Джони успокоил его, коротко сказав что-то по-арабски, и обратился к Малко:
— Он боится вас, не любит иностранцев.
— Спросите, что ему известно.
Долгая беседа вполголоса. Они стояли в глубине гаража за машиной. Снаружи никто не смог бы их заметить. Джони перевел:
— Они работали всю ночь под руководством специалиста. Какого-то представителя сирийских спецслужб.
— С чем работали? — спросил Малко. — Со взрывчаткой?
— Два из трех прибывших из Тегерана самолетов начинили взрывчаткой. Каждый заряд килограммов на сто. А третий снабдили восемью противопехотными ракетами «Люшер». В каждой ракете — тысячи стальных шариков. Этот, третий, самолет сядет на лужайку прямо напротив фасада резиденции и выпустит снаряды. А два других просто рухнут на резиденцию.
Малко прирос к месту. Встреча в резиденции посла США была назначена на девять утра. Хватит ли времени ПВО? Да и сумеет ли она обеспечить полную безопасность? Ведь даже если один самолет прорвется к резиденции, это будет означать полную катастрофу.
— Я хочу видеть самолеты, — сказал Малко.
Последовал перевод. Проводник как-то весь съежился и жалобно произнес короткую фразу.
— Мы все рискуем жизнью, — предупредил Джони. — Он прав.
— Верю, — ответил Малко. — Но если я не увижу их собственными глазами, все это ни к чему.
Негромкий спор. С проводника пот катил градом. В конце концов он сказал свое последнее слово.
— Тысяча долларов, — перевел Джони. — Сейчас.
Столько у Малко было. Роберт Карвер обчистил свой сейф. Около пятидесяти тысяч долларов. Проводник сунул деньги глубоко в карман.
— Он пойдет впереди, — объяснил Джони. — По идее, заграждений тут нет. Но если нас все же остановят, скажем, что сбились с пути. Иначе...
— Это далеко отсюда?
— С километр.
Начинало светать, хотя в сером грязном небе еще плавали лохмотья ночи. Они шагали по тропинке вдоль железнодорожного полотна.
Адет представлял собой большой пустырь с небольшими оливковыми рощицами, кое-где хижинами беженцев, складами и огромной массой грязи. Квартал давно сравняла с землей израильская авиация. Возле них проехал грузовик. Наконец они вышли к группе строений, которые чуть меньше пострадали от бомбежек. Было уже достаточно светло, чтобы видеть дома.
— Осторожно! — прошипел вдруг их провожатый.
Они застыли на месте. Еще одна пробежка по щебню, и «гид» указал рукой на площадку, окруженную какими-то складами.
— Это там, — объявил Джони.
Сначала Малко разглядел обрушившийся минарет разбитой мечети. Потом в уголке двора — приземистый силуэт советского танка Т-52. Насколько ему было известно, «Амал» не располагал тяжелыми танками. Потом он увидел под деревом еще один. Танкисты разожгли неподалеку костер и что-то варили. Еще дальше в развалинах дома прятался М-113, прикрытый бетонным блоком, а рядом — четыре ствола, по-видимому, противовоздушная артиллерия.
— Откуда танки? — спросил он.
— Это мы оставили, когда отходили, а «Амал» подобрал. Они сконцентрировали здесь все свои силы. А самолеты стоят в ангаре, там же находятся пилоты.
Внезапно на площадку, за которой они наблюдали, въехала на полной скорости машина и остановилась возле здания. Тут же со всех сторон к ней сбежались вооруженные люди. Из автомобиля вышли двое и вступили в ангар. На один краткий миг ворота приоткрылись, и Малко увидел освещенное помещение. Впереди стоял самолет длиной не более десяти метров, раскрашенный для маскировки желтой и зеленой краской. Крохотная кабина, мотор позади пилота. Под крыльями отчетливо видны продолговатые корпуса ракет. По четыре с каждой стороны. Одного этого хватит, чтобы устроить настоящую бойню.
За первым виднелись еще два самолета. Но тут ворота захлопнулись.
Проводник не стал ничего говорить. Он просто потянул их за рукав.
— Пора уходить. Вокруг патрули.
Малко повернул назад. Метров через сто проводник оставил их. Они молча вернулись к машине, шлепая по грязным лужам. Джони наблюдал краешком глаза за Малко.
— Ну как, вы довольны?
— Разумеется, — ответил Малко, припоминая еще раз расположение объектов в секретной зоне.
Подъехать сюда можно только с одной стороны, все остальные дороги перегорожены высокими земляными насыпями.
Они покатили на север. Движение стало куда оживленней. Никто их ни о чем не спросил, поскольку они не въезжали, а выезжали.
— В посольство? — спросил Джони.
Малко взглянул на часы. Без десяти семь. До времени "Ч" оставалось меньше двух часов. Он мысленно перебрал все возможные решения. Задействовать отряд захвата — слишком долгая история, притом что необходимо получить разрешение Пентагона и президента. Атаковать с вертолетов достаточно рискованно. А дожидаться, пока самолеты взлетят и только тогда сбить их, рискованно вдвойне. Принять определенное решение ему помогла китайская пословица, которую он вычитал когда-то давно, роясь в книгах замка Лицеи вместе с Александрой: «Если хочешь избавиться от змеи, руби ей не хвост, а голову».
Джони задумчиво и довольно спокойно наблюдал за ним. Малко повернулся к нему. Конечно, план, который он составил, был безумен, но зато, осуществив его, они добьются нужного результата.
— Едем на стадион Камиллы Шамун, — предложил он. — Сейчас я объясню свою задумку.