Любовь изгнанницы

Анна наклонилась к нему.
– Тебе ведь сказала это Бланш Уэд, не так ли? Джек Терсли так побледнел, что его веснушки при свете факела, который он все еще сжимал в кулаке, стали казаться чернее макового семени. Он молчал.
Анна, продолжая все так же хищно улыбаться, разглядывала физиономию латника и была в эту минуту как никогда похожа на отца.
– – Ты ведь не хочешь, чтобы тебя в самом деле вздернули на дыбу, Джек?
Латник облизал пересохшие губы.
– Да, ваша милость. Это она передала мне письмо в монастыре по пути в Кентербери.
Анна кивнула и жестом подозвала офицера городской стражи.
– Сэр Ален, немедленно приведите сюда из Гилд-холла леди Бланш Уэд.
Тот неожиданно замялся.
– Ваше высочество, если вы имеете в виду ту черноглазую певунью, что всегда носит красное, то она уже больше часу, как покинула Гилд-холл.
– Тогда разыщите ее, где бы она ни находилась, и немедленно арестуйте.
Она опустилась в коляску рядом с герцогиней. Изабелла со странной робостью смотрела на сестру, но Анна непроницаемо молчала. Так они ехали, пока впереди не показались сквозь сумрак тяжелые башни Тауэрского замка. Лишь тогда принцесса произнесла:
– Мне понадобятся письменные принадлежности, Изабелла. Перед отъездом я хочу вручить лорду Стэнли письмо к отцу.
Изабелла сидела, устало откинувшись на подушки сиденья. Анна не видела лица сестры.
– Хорошо, – ответила герцогиня. Голос ее звучал неприязненно. – Тотчас после обряда венчания ты получишь все, что тебе потребуется.