Любовь изгнанницы

Кобыла баронессы вдруг забеспокоилась и стала метаться так, что Дебора едва могла с ней совладать. Один из стражников подхватил ее под уздцы и помог достичь суши. Далее дорога стала тверже, и Дебора велела пришпорить коней, но Мэтью возразил – слишком темно для быстрой езды, можно в темноте налететь на сучья. Однако баронесса стояла на своем, и это показалось Анне странным, хотя в глубине души она только того и желала, чтобы поскорее миновать Барнет. В эту минуту на дороге вдруг показалась вереница огней.
– Наверно, какой-нибудь дозорный отряд йоркистов, – предположил Мэтью.
Они съехали на обочину и стали медленно продвигаться навстречу огням. Вскоре послышался топот копыт, фырканье коней. Это действительно был отряд Белой Розы – именно эта эмблема вскоре завиднелась на табарах воинов. Впереди скакал рыцарь в открытом шлеме. В руке он держал факел, озарявший красноватыми отблесками его лицо. Анна никогда раньше не видела этого человека, но Дебора ахнула от неожиданности.
Отряд остановился, преградив дорогу. Рыцарь выехал вперед и учтиво поклонился баронессе.
– Леди Дебора?
– Сэр Роберт Рэтклиф?..
Дебора казалась больше удивленной, чем напуганной.
– Насколько мне известно, вы оставались в Лондоне.
Поверенный герцога Глостера не ответил ей, и Анна перехватила его тяжелый, пронизывающий взгляд. Ее обдало жутью, и она торопливо закрыла лицо капюшоном. – По какому праву вы задерживаете нас? – оскорблено прозвучал голос Деборы.
– По приказу герцога Глостера, миледи. Мне придется препроводить вас в замок Хэмбли, что неподалеку отсюда.
Он взмахнул факелом, раздувая пламя, и его конь испуганно шарахнулся, звеня сбруей. Рэтклиф подъехал к Анне и осветил ее всю.
– Вы поедете с нами, ваше высочество.