Рон
Разрушив центр столицы до основания, они, не теряя слаженности, поднялись в небо и перенеслись домой.
Они сделали свое дело и не были намерены больше возращаться. Остальное – забота людей.
* * *На Южном материке драконы приземлились уже в разных местах – в своих гнездах на скалах.
Но небольшая группа собралась вокруг своего алого сородича. Рядом с ним высадили и Рона.
Молодой дракон был смертельно обожжен огнеметом каватсов.
Древняя магия (а, может быть, этика) не позволяли драконам лечить своих соплеменников. Они могли лишь утолить боль и прибавить жизненных сил для выздоровления. Но сейчас это было бесполезно.
Дракон поднял голову. Правого глаза не было, из левого вытекала слеза. Он посмотрел на заходящее солнце и, не взлетая, исчез.
– Куда он направился? – тихо спросил Рон у своего напарника.
– Чувствуя приближение смерти, мы переносимся к солнцу, чтобы сгореть в его огне. И потому нигде на земле ты не найдешь мертвого дракона. Солнце же – это единственное место на свете, дорогу куда мы знаем, ни разу там не побывав, с мига рождения.
– Сожалею… – склонил голову Рон.
Драконы запели прощальную песню. Они славили солнце.
* * *Дракон доставил Рона прямо к хижине.
Юноша постоял несколько минут у калитки, вдыхая свежий вечерний воздух и прислушиваясь к шуншанию деревьев, потом пошел по дорожке к дому, манившему в ночном мраке светом своего единственного окошка.
Он вошел, не стучась.
Тлогги сидел за столом, нарезая табак своим здоровенным ножом; Росене вышивала что-то, сидя в уголке; Руджен устроился в качалке, ногами к камину. Льорки в комнате не было.
Когда скрипнула дверь, все обернулись к нему.
Тлогги поднял брови, Руджен вскочил, чуть не опрокинув качалку. Росене привстала и, не отрываясь, с надеждой смотрела на Рона.
Он оглядел их всех и улыбнулся.
– Все в порядке. Война закончена. – сказал он.
И его друзья улыбнулись ему.
Его взгляд опять пробежал по их лицам, окинул бревенчатые стены, задержался на пламени камина и кресле-качалке.
Пронзительное ощущение дома охватило его.
И тут Рон осознал, что впервые в жизни ему некуда спешить, впервые он никуда не опаздывает.
И, похоже, он, наконец, найдет свое счастье. Здесь – У камина, на краю Земли.