Любой ценой

— Ничего чрезмерного, — с легкой улыбкой заверила она своих вассалов. — Я всего лишь попросила Бротона и Стемвиндера сделать их для меня.
Она вручила коробку Эмили. Хонор подошла и встала так, чтобы кресло жизнеобеспечения Эмили оказалось между нею и Хэмишем. Эмили посмотрела на них, затем перевела взгляд на коробку и провела пальцем по выпуклым переплетённым буквам «Б» и «С» вензеля фирмы, которая более трёхсот стандартных лет была ювелиром дома Винтонов.
Эмили открыла коробку и Хонор испустила глубокий вздох, увидев три покоящихся на бархатной подкладке кольца. Это были обручальные кольца в грейсонском стиле, более крупные и тяжёлые, чем мантикорские, и изящной работы, пусть даже и не совсем в грейсонском духе. На Грейсоне традиционно мужские обручальные кольца выполнялись из золота, а женские из серебра, но каждое из этих состояло из трёх переплетающихся полос — по одной из жёлтого золота, белого золота и серебра. С одной стороны был изображён ключ лена Харрингтон, а с другой — вставший на дыбы олень Белой Гавани, а плоские площадки были украшены традиционным кругом бриллиантов, в центре которого размещался полудрагоценный камень, для каждого из колец свой.
— Я проверяла, — сказала Елизавета. — Ты, Хонор, по старому календарю родилась в октябре. Ты, Хэмиш, — в марте, а Эмили — в августе. Это означает, что ваши камни опал, нефрит и сардоникс. Так что их для вас и вставили. Кольца не совсем грейсонские, но и не совсем мантикорские, так как все вы трое больше не принадлежите только одному из наших миров.
— Они прекрасны, Елизавета. — Эмили вскинула сияющие глаза. — Спасибо тебе.
— Как подаркам и полагается, они достаточно ничтожны для столь много значащих для меня людей, как вы, — просто сказала Елизавета. — И это подарок от нас — от Елизаветы и Джастина, — а не от Короны.
Хонор потянулась к коробке и достала кольцо украшенное опалом. Она несколько секунд держала его, сверкающее в солнечных лучах, пристально разглядывая. Затем попыталась надеть на безымянный палец левой руки [37] .
Оно оказалось великовато и Хонор удивилась. Елизавета несомненно изо всех сил старалась не напортачить с подарками и для неё не составляло труда узнать размер кольца Хонор, так как у отца имелись точные размеры её протеза . Но затем она почувствовала на себе взгляд Елизаветы и ощутила её осторожное ожидание. Хонор на мгновенье задумалась, затем сняла кольцо с левой руки и примерила его на правую.
Оно подошло безукоризненно и Хонор подняла руку, глядя на кольцо и Елизавету разом.
— Хонор, если ты хочешь подогнать кольцо, то это не проблема, — сказала ей Елизавета. — Но я подумала, что уже достаточно хорошо тебя знаю, так что мне пришло в голову, что ты можешь захотеть носить кольцо на своей живой руке.
— Полагаю, что ты права, — медленно произнесла Хонор, опуская руку и разглядывая её. Она никогда не носила много драгоценностей, однако это кольцо выглядело совершенным и она улыбнулась. Затем сняла кольцо и передала его Эмили.
— Пожалуйста, Эмили, — сказала она, протягивая Эмили руку. — На Грейсоне старшая жена вручает обручальное кольцо младшей. Я знаю, что мы, как говорит Елизавета, больше не мантикорцы и не грейсонцы, однако это бы многое для меня значило.
— Разумеется, — нежно произнесла Эмили, затем взглянула на мужа. — Хэмиш, ты мне не поможешь?
Хэмиш улыбнулся обеим, затем протянул руку, нежно придерживая запястье Хонор, пока Эмили одевала кольцо на палец. Эмили полюбовалась результатом, затем подняла взор.
— Неплохо выглядит, да? — она посмотрела на Елизавету. — И я думаю, что тоже подгоню моё кольцо под свою правую руку.
— Нет нужды, — ответила ей Елизавета. — Уже сделано.
— Ты так умна, — заявила Эмили своей дальней родственнице и Елизавета хихикнула.
— Давным-давно подтверждено, что все королевы, носящие имя «Елизавета», умны.
— Ха! Наверняка это тебе напел вот этот самый льстивый принц-консорт, который выскочил за тебя! — парировала Эмили.
— Доказав тем самым, — солидно произнёс тот самый оклеветанный принц-консорт, — насколько умён он.