Фея
— Менестрель, старый мой друг, — пропела она, — во имя кровных уз, что нас связывают, я должна просить тебя о великой милости. Ради любви, которую мы оба испытывали к твоему передоотцу, я не стала бы тебя об этом просить, если бы видела хоть какой-то другой выход.
— Приказывай, Фея, — в официальной тональности пропел Менестрель.
— Ты должен вернуться на родину. Там ты должен собрать всех, кто решит отправиться в великую пустыню, прибыть в Тефиду ради своей Феи, в час ее нужды. Собери великих небесных левиафанов. Призови Дредноута, Следопыта, Аристократа, Твердыню, Свистолета, Бомбасто, Его Честь и самого Старейшину тоже. Скажи им, что Фея вступает в войну с небесными ракетами, что она навеки сотрет эту погань с великого колеса мира. Скажи им, что в ответ на это клятвенное ручательство Фея просит их забрать всех, кого удастся, и привезти в Тефиду. Сделаешь ты это ради меня, Менестрель?
— Сделаю, Фея. Но боюсь, не столь многие из моего народа прибудут. Тефида далека, путь полон опасностей, и мой народ боится этих мест. Мы считаем, что Гея не заповедала нам сюда приходить.
— Тогда скажи им вот что. Скажи, что каждый, кто явится, будет вознагражден ребенком на следующем Карнавале. Скажи, что, если они мне помогут, я устрою им такой Карнавал, о каком их потомки будут петь еще тысячу мегаоборотов. — Она перешла на английский. — Как ты думаешь, это их привлечет?
Менестрель пожал плечами и ответил на том же языке.
— Привлечет. Но не больше, чем смогут поднять пузыри.
Хлопнув титаниду по плечу, Сирокко попыталась помочь Менестрелю подняться. Вставал он медленно. Она постояла, глядя на него, затем потянулась поцеловать.
— Я буду ждать здесь, — пропела она. — Знаешь ты свист великого бедствия, чтобы призвать небесных левиафанов?
— Знаю.
— Один из них скоро тебя заберет. А до тех пор будь все время начеку. Доберись без приключений и возвращайся со многими работниками. Вели им захватить веревки, блоки и прочие снасти, лучшие лебедки, кирки и молоты.
— Я все сделаю. — Менестрель опустил взгляд. — Рокки, — вдруг спросил он, — ты думаешь, они живы?
— Я думаю, что есть надежда. Если они заперты там, внизу, Габи знает, что делать. Она знает, что меня ничто не остановит, что я их оттуда вызволю. Она прикажет остальным держаться на верху лестницы. Отправляться к Тефиде без меня слишком опасно.
— Как скажешь, Рокки.
— Да, таково мое слово. А теперь иди, сынок.